Через века, через года, — помните!

4 мая 2018

 Сегодня, когда все меньше остается среди нас ветеранов Великой Отечественной войны, их воспоминания о событиях военных лет становятся поистине бесценными. Одно из таких принес в редакцию внук фронтовика Касыма Ильясовича Жарменова. Ветерана давно нет в живых, но написанное под диктовку заставляет плакать душу. Побывавший в самом пекле войны защитник Брестской крепости рассказывает об ужасах первых дней.

Командир особого разведовательного батальона майор Коптаев (слева) награждает К. Жарменова (справа). Июнь 1941 года.

Касым Ильясович служил в танковой роте механиком-водителем. В начале 1941 года он уже заканчивал службу в армии и ждал приказа о демобилизации. Однако его мечтам о возвращении домой не суждено было сбыться.

«В предрассветный час нас разбудил огромной силы взрыв, за ним — второй, третий. Содрогнулась земля, а бойцы падали с двухъярусных коек. Вздрогнули двухметровой толщины стены Брестской крепости. Война!

Мы бросились к своим танкам, но туда было невозможно пробиться, гитлеровцы заняли удобные позиции и беспощадно обстреливали площадь. Оставшиеся в живых вернулись в казарму, забаррикадировали окна и двери и начали обороняться. Огненный шквал не умолкал ни на минуту. Вой снарядов, грохот взрывов, шум самолетов — все слилось в единый гул.

Очень скоро стало не хватать оружия, патронов, медикаментов и воды. Уже на второй день войны нас начала мучить жажда. В нескольких метрах от казармы протекала река Мухавец, но немцы днем и ночью простреливали все пространство до нее, освещая ракетами. Мы установили дежурство по доставке воды. Если кто-нибудь не возвращался, отправлялся следующий. Мне дважды довелось спускаться к реке. И оба раза я благополучно возвращался.

Все наши командиры погибли, и мне пришлось взять командование обороной на этом участке на себя. Но мы все время находились в неведении, нам нужно было узнать обстановку, понять, что вообще происходит. Было решено взять в плен немцев, которые к тому времени уже заняли первый этаж нашего здания. Бросили вниз гранату, а затем спустились и врукопашную добивали всех, кто остался. В качестве трофеев забрали автоматы и гранаты, а также взяли в плен около десяти фашистов. Однако на все наши вопросы они лишь улыбались и отвечали, что «Русь капут». Так и не добившись ничего, расстреляли под лестницей.

Нас самих к тому времени осталось чуть больше 30 человек. Мы решили оставить крепость и прорываться к своим.
Но на том берегу у восточных ворот Брестской крепости мы увидели немцев. Их было очень много, наверное, несколько сотен. Нам, жалкой горстке измученных и голодных советских солдат, даже нечего было туда соваться. Мы хотели вернуться назад, но нас заметили и устроили погоню.

Из всех выжили и вернулись в крепость только трое. В подземельях и руинах крепостных фортов мы сражались до последнего патрона, теряя товарищей. На пятый день войны нам удалось освободить здание нашей бывшей столовой. И все бойцы на руках переносили замученных и изуродованных фашистами женщин — работниц столовой. А на следующий день враги стали забрасывать здание зажигательными бомбами, и все вокруг загорелось. А от бомб и мин здание окончательно разрушилось, и нас засыпало обломками. Очнулся я в плену…»

Многое пришлось испытать Касыму Ильясовичу. Он работал в шахтах, пережил эпидемию брюшного тифа и дезинтерии, побывал в нескольких концлагерях, в том числе и в Бухенвальде. Выжил. Бежал из плена и примкнул к партизанам. А в мае 1945 года их партизанский лагерь присоединился к победно шествующим по Европе частям Советской армии. После войны вернулся домой и еще долгие годы преподавал в чимкентской средней школе № 18 им. Гагарина физкультуру.

Наталья Хайкина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *