Голодная степь

27 Апр 2018

— Под этим названием значится огромная территория, включающая земли Узбекистана, одного из районов Таджикистана, а также Южного Казахстана. Но в настоящее время оно носит больше символический
характер. Эти земли давно освоены, с годами они превратились в цветущие оазисы, где проживают миллионы человек

Не буду спорить с некоторыми историками, утверждающими, что великий князь Николай Константинович Романов был чуть ли не первым ирригатором Голодной степи. Но справедливости ради стоит признать, что на собственные средства, присылаемые «для княжеского содержания» в Ташкент, где он жил, был построен канал на водах реки Чирчик, названный Искандер-арыком, и разбит большой сад. Позже Романов приступил к выводу в каналы сырдарьинской воды, затратив на это дело миллион рублей. Чтобы оценить размер вложения, назову для сравнения стоимость коровы в те годы — три рубля. В честь деда — императора Николая I — был построен канал, на головном сооружении его близ Бекабада была высечена огромного размера буква «Н», увенчанная царской короной. Из этого канала орошалось 40 тысяч десятин голодностепской земли. Понять «альтруизм» великого князя можно, прочитав его брошюру «Аму и Узбой»: «Расширив оросительную сеть, раздвинув пределы оазисов, Туркестан можно сделать одной из лучших российских областей».

С 1888 по 1913 год в результате прокладки оросителей площади под посевами хлопчатника в Сыр-Дарьинской области выросли с 28,2 до 68,3 тысячи десятин. Обводнение степи подтвердило мнение многих исследователей о том, что земли эти — настоящий Клондайк для получения «белого золота». К 1914 году валовой сбор хлопка-сырца увеличился в семь раз, что стало базой для развития хлопковой промышленной индустрии, строительства перерабатывающих заводов, текстильных фабрик. Перед первой мировой войной объем выращенного хлопка обеспечивал потребность российских текстильных предприятий на 70 процентов — этот показатель до обводнения среднеазиатских земель вырос почти на 20 процентов. За два года в Россию вывезли 15,5 миллиона пудов хлопка, из Закавказья, где также сеяли хлопчатник, 1, 75 млн.

Строительство канала началось еще в 1907 году, закончилось через шесть лет.

17 мая исполняется ровно сто лет, как председателем Совета Народных Комиссаров В. Ульяновым (Лениным) и управляющим делами СНК В. Бонч-Бруевичем был подписан Декрет за N494 «Об организации оросительных работ в Туркестане». Это был документ, который положил начало системному проведению мелиорации на голодностепских землях.
В преамбуле декрета отмечалась его цель: утверждение плана работ «по увеличению обеспечения русской текстильной промышленности хлопком, об орошении 500 тысяч десятин Голодной степи… и обеспечение головных сооружений ирригационной системы». Только в 1918 году для этих целей из государственного казначейства выделялось 50 миллионов рублей.
О попытках освоить Голодную степь, выращивать в ней хлопок, тем самым снизить зависимость Российской империи от американских поставок хлопковолокна для текстильных предприятий, говорят многочисленные факты. Борьба за эту хлопковую самостоятельность Голодной степи продолжалась многие десятилетия. И весьма любопытно проследить причину, почему появился на свет Ленинский декрет.

  Статистика свидетельствует, что значительная доля хлопковой отрасли была в руках крупного капитала. К 1916 году в ней участвовали такие торгово-промышленные фирмы, как «Андреевское товарищество» (30 хлопко — и 5 маслозаводов), «Ярославская большая мануфактура», которая имела значительные посевные площади под хлопчатником, заводы, фабрики. Предприятия имели самое лучшее на то время текстильное оборудование в мире, что позволило выходить со своей продукцией за рубеж. К слову сказать, фирма отказалась от закупа американского хлопка.

Обводнение степи подтвердило, что земли эти — настоящий Клондайк для получения «белого золота».

Однако после 1917 года выяснилось, что первая мировая война сыграла свою отрицательную роль в производстве хлопка: сырья для российских текстильных предприятий не хватало, недоставало и оборотных капиталов. В январе 1918 года правительство Туркестанской автономии обратилось к промышленникам с просьбой дать им заем, который предполагалось направить на развитие отрасли. Больше всех дала фирма братьев Вадьяевых — 25 процентов. А через месяц правительство пошло на кардинальные меры — национализировало все хлопковые запасы Туркестана, а промышленников арестовали, в том числе и Вадьяевых, возвращать долг которым уже не надо было. Однако в результате репрессивной политики из хлопковой отрасли выпал крупный частный капитал, рухнула система кредитования. Тем не менее правительство «наскребло по сусекам» 502,4 млн. рублей для организации государственных хозяйств, которые занялись посевами хлопчатника.

 Для координации действий был создан «Центрхлопок».Однако не только национализация и арест промышленников «уронили» отрасль. Из-за блокады связь Туркестана с текстильными центрами России через Красноводск была нарушена. Это привело к хлопковому голоду — текстильные предприятия стали останавливаться. Перерабатывать было нечего.

В 1918 году урожай хлопка составлял всего лишь одну пятую часть валового сбора, полученного в 1917 году.

Георгий Константинович Ризенкампф, выпускник Тифлисского реального училища, а впоследствии Санкт-Петербургского политехнического института путей сообщения (факультет гидротехники и водных систем), в начале 1918 года написал Ленину докладную записку, в которой изложил состояние орошаемых земель в Туркестане и очертил хлопковый потенциал голодностепских земель. Георгий Константинович вместе с учеными-ирригаторами был приглашен на встречу с Лениным, где и была доказана необходимость мелиорации земель. Было что представить председателю Совета Народных Комиссаров.

Г. Ризенкампф еще в двадцатилетнем возрасте совместно с Сергеем Федоровичем Островским разработал свою первую схему орошения Голодной степи на 500 тыс. га. Это был проект на 1916-1919 годы с комплексом исследованных водных ресурсов для ирригации и получения электроэнергии. Проект был одобрен в Госдуме. И частично профинансирован — в 1917 году было «обарычено» 68907 га. Но потом по разным причинам его реализация была приостановлена. Однако Ленин согласился с планом Ризенкампфа и подписал декрет «Об организации оросительных работ в Туркестане». Было создано управление ирригационных работ в Туркестане (ИТУР), возглавил которое Георгий Константинович. К работе были привлечены ученые с мировым именем — Васильев, Моргуненков, Копаков.

За два года в Россию вывезли 15,5 миллиона пудов хлопка.

Освоители в вагонах везли в Голодную степь оборудование для исследовательских работ, документацию, топографические карты. Шла гражданская война, и поезду трудно было пробиваться через населенные пункты, где происходили боевые действия. Тем не менее они добрались до Самары. Но тут выяснилось, что, пока поезд шел на юг, в местную ЧК поступил сигнал, что в железнодорожном составе находятся контрреволюционеры во главе с Ризенкампфом. Всех арестовали. В столицу полетела депеша, в которой требовалось подтвердить полномочия специалистов. В ответ Ленин телеграфировал: «Предписываю немедленно освободить Ризенкампфа и представителей контроля, ограничиться в случае крайней необходимости домашним арестом или военным надзором за гостиницей. За полную сохранность планов, документов и всего имущества вы отвечаете. Об исполнении телеграфируйте. Предсовнаркома Ленин».

Однако Ленин поздно предупредил о полной сохранности документов. Любознательные чекисты и красноармейцы часть их растащили, пришлось телеграфировать в Москву о высылке вторых, третьих экземпляров документов. Через много лет один из них случайно обнаружился в доме одного из водников Жетысая, который не смог объяснить, как он к нему попал. Это была огромная карта — план освоения части Голодной степи, которую хозяин дома расстелил на полу в самой большой комнате, чтобы рассказать мне о масштабах ирригационных работ. На ней была отмечена предполагаемая зона освоения — Джетысайский массив. Карту перечеркивал канал, который брал начало от Фархадской ГЭС на реке Сырдарье, но еще не дошел до места запланированного освоения.

Строительство канала началось еще в 1907 году, закончилось через шесть лет. Но в 1939-1941 годах методом народной стройки его расширили и удлинили, что действительно позволило на площадях Джетысайского массива создать новые совхозы. Нынешняя протяженность магистрального канала составляет 113 километров: 64 км проходит по территории Узбекистана, остальные — Мактааральского района. В советское время каналу дали имя С. Кирова, сейчас — Достык, из него орошается 136 тысяч гектаров.

Но вернемся назад, в прошлое, в историю ордена Трудового Красного Знамени совхоза-техникума «Пахта-арал», созданного после Ленинского декрета.

Оросительные работы на территории нынешнего Мактааральского района начало проводить Экономическое представительство Грузии, арендовавшее у Туркестанского хлопкового комитета 12 тысяч га в северо-западной части Голодной степи. Хозяйство носило название «Грузаренда» и заложило хутора Высокий, Грузинский и Засоленный. Был проложен ороситель протяженностью 11,3 км, из которого поливали 5136 гектаров земли.

«Грузаренда» просуществовала с 1922 по 1924 год. Все имущество хозяйства было передано семенному хозяйству, прообразу совхоза «Пахтаарал». Смена трех директоров не способствовала развитию нового сельскохозяйственного образования до тех пор, пока его не возглавил А. Орлов, работавший заведующим сельхозотделом в Туркестанском хлопковом комитете, будущий Герой Социалистического Труда, народный комиссар текстильной промышленности КазССР, первый заместитель председателя Верховного Совета КазССР. Он даже съездил в Америку, чтобы посмотреть, как выращивают хлопок, чем убирают. Во время поездки вел дневник, побывал на знаменитой фирме «Джон Дир» (ее комбайны появятся в Южном Казахстане в 80-ые годы прошлого столетия), рисовал чертежи машин. Съездил за океан не зря. С Орловым дела пошли в гору: совхоз превратился в хлопковый гигант Союза. Здесь начали создавать, как сказали бы сейчас, хлопковый кластер. Чтобы не возить хлопок для переработки на завод в Велико-Алексеевку, в совхозе был открыт джингауз (оборудование для переработки хлопка).

Хлопковая отрасль всегда развивалась непросто. Вариантов повышения урожайности, ценнообразования было много. В 1935 году комиссия ВКП(б) под руководством секретаря ЦК ВКП(б) Лазаря Кагановича поставила вопрос о проблемах производства хлопка на неполивных землях. Были разработаны условия контрактации, по которым цена за сырец возрастала по мере повышения урожайности. Однако эта идея была названа «вредной теорией». Из хлопководства одна за другой «вырастали» «вредные теории». В 1931 году в двух номерах журнала «Советское хлопководство» публиковалась статья «Как распутывается хлопковое семеноводство», обвиняющая Исаака Рейнгольда (начальник ирригации ЮКО, начальник Главного управления хлопководства Наркомата земледелия СССР. Был расстрелян, а затем реабилитирован) в том, что «дал указание уничтожить наиболее ценный сорт хлопчатника «8517». В 1934 году этим сортом было засеяно 500 тысяч га. Враг народа Зеленина, осуществлявшая задание фашистского шпиона Рейнгольда, всячески компрометировала в глазах народных масс новые длинноволокнистые сорта, называя их ублюдочными сортами».

Но пережили и это. Совхоз, детище Ленинского декрета, «распрямлял крылья», превращаясь в мощное производство не только хлопка, но и других культур. В 1935 году он получил шесть миллионов рублей прибыли — сумма баснословная. Но еще большая была заработана в 1937- около девяти миллионов.

В 30-ые годы в «Пахтаарале» была опробована первая отечественная хлопкоуборочная машина с горизонтальным расположением шпинделей изобретателя А. Коркина. Совхоз, при котором открыли сельскохозяйственный техникум, стал опытным полем, где учились новым технологиям не только хлопкоробы Союза, но и африканских стран, обучавшиеся в Университете Дружбы народов.

Декрет СНК «Об организации оросительных работ в Туркестане» оказался судьбоносным для миллионов людей. За счет созданной ирригационной инфраструктуры удалось обводнить миллионы гектаров и создать хлопковую отрасль. Южный Казахстан в лучшие годы производил свыше 450 тысяч тонн «белого золота». На нем были завязаны сопутствующие производства. Хлопковолокно стало одним из главных экспортных продуктов Южного Казахстана. Но чтобы это случилось, потребовался как минимум век, если отсчитывать время с 17 мая 1918 года.

Людмила Ковалева
Автор благодарит за помощь
в подготовке этой публикации
сотрудницу облархива Х. Кичкембаеву.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *