Медсестры, милые медсестры,

Они, как чистая вода
из родника!

Такие теплые глаза,
родные,

Как будто солнца луч
издалека.

Сестра поможет всем врачам,

И раненым солдатам
письма написать.

И, если надо, медсестра
все сможет:

Утешить и в атаку
взвод поднять.

Эти стихи поэтессы-фронтовички Юлии Друниной и о жительнице Шымкента А. Соколовой.

Антонина Андреевна родилась в селе Киселево Рязанской области. Выросла в многодетной семье: четыре сестры и два брата. После семи классов Тоня поступила в Рязанское медучилище и успешно его окончила. Началась Великая Отечественная война. Братьев призвали на фронт. Домой они не вернулись.

Уже в октябре 1941 года фашистская авиация начала бомбить железнодорожные пути и станции в Рязанской области. Фронт приближался. Фашисты рвались к Москве. В ноябре на подступах к Рязани появились первые разведывательные отряды врага. Регулярных войск в городе не было. Только срочно сформированный добровольческий рабочий полк в составе 2 000 человек.

Во время очередного фашистского налета погибла лучшая подруга Тони, с которой они были не разлей вода. Жуткая смерть ошарашила и потрясла девушку. И она отправилась в военкомат: «Возьмите на фронт. Хочу отомстить за любимую подругу».

Госпитальная сестра Великой Отечественной

Тоню не взяли в рабочий полк и не отправили на фронт, находившийся уже в 30 км от Рязани. Сказали: «Подожди, девочка, найдется и для тебя работа».

10 декабря 1941 года в Рязани открыли эвакуационный госпиталь. Он разместился в здании Рязанского государственного педагогического института.

В годы войны, как свидетельствуют архивы, в Рязани и области располагалось несколько эвакуационных госпиталей. А лечение и восстановление в них прошли свыше 170 тысяч раненых солдат и офицеров.

Тоня попала в эвакогоспиталь № 3013. Испытала настоящий шок, когда впервые увидела израненного бойца: не нем не было живого места. Слезы покатились из глаз. Сердце сжималось от душевной муки. Но нужно было собирать в кулак все силы, отогнать страхи и выполнять свой профессиональный долг. Вот так, в крови и страданиях, начиналась медицинская биография доктора Соколовой. В эвакогоспитале закалились характер и дух Антонины Андреевны. Военная служба сделала ее «железной»: непримиримой к небрежности, неучам, карьеристам в медицинской сфере. Эти качества ей потом не раз аукнулись уже в мирной жизни.

Дисциплина в госпитале была в духе военного времени. Дана команда «выполняй!», значит, выполняй без разговоров и рассуждений. Работали сутками.

И самым трудным для нее, маленькой, хрупкой, худенькой девчушки, было поднимать и тащить на себе раненых мужчин. Их привозили на полуторках с поля боя. Потом, когда фронт стал уходить дальше от Рязани, санитарные поезда доставляли их на железнодорожный вокзал. Медсестры встречали раненых. Помогали грузить на машины. Везли в госпиталь. Тех, кто мог передвигаться, сопровождали в палаты. Тех, кто не мог, переносили на носилках или на руках в здание, потом по этажам. Это был круглосуточный нескончаемый адский труд. Некогда было ни поесть, ни поспать. Не справлявшихся увольняли.

Кроме физической закалки, в эвакогоспитале медсестра Тоня раскрыла свой природный дар помогать людям. В ее родословной не было ни народных лекарей, ни знахарей. Да, у нее на тот момент был первоначальный профессиональный багаж, заложенный медицинским училищем. На лету она схватывала указания врачей. И интуитивно чувствовала, что нужно предпринять, как облегчить чужую боль и страдания. Собственный организм подсказывал: «сделай так». И это было для нее открытием. Тоня выкладывалась на процедурах и в перевязочной.

Умела Соколова чувствовать чужое горе. Разговорить отчаявшихся. Подарить надежду: «Вы обязательно выздоровеете и вернетесь на фронт, чтобы бить фашистов». С радостью писала письма за тех, кто сам не мог этого сделать, и отправляла их родным.

Самое страшное случилось в начале июля 1943 года, когда произошла легендарная битва на Курской дуге. В эвакогоспиталь стали поступать танкисты, горевшие в танках, с обугленными телами и лицами, переносившие нечеловеческие муки. Нужно было спасать их. Вытаскивать с того света. Переживать вместе с ними их страдания. Все это выпало на долю младшего сержанта Тони Соколовой. Память о тех днях она сохранила на все оставшиеся годы. Такое не выбросишь из головы, не забудешь. Эвакогоспиталь стал и для нее школой мужества и преданности медицинскому долгу. Соколову заметили и оценили.

После поражения фашистов на Курской дуге эвакогоспиталь № 3013 свернул свое пребывание в Рязани и двинулся за фронтом.

«А тебе, Тоня, нужно стать врачом»

Младшего сержанта медицинской службы Соколову вызвал начальник эвакогоспиталя и объявил: «Тебя не берем. Тебе учиться надо. Стране нужны хорошие врачи. Это твое призвание. Мы направляем тебя на учебу в Свердловский медицинский институт на лечебное отделение».

И поехала Антонина в Свердловск. Поступила в институт. Училась с большим старанием и большими успехами. Подружилась с девочкой из Казахстана.

Та ей много рассказывала, какая красивая и благодатная ее родина. Там и степи, и горы, и озера. Какие там вкусные яблоки алма-атинский апорт! И народ добрый, отзывчивый.

Казахстанке приходили вкусные посылки с едой. В общем, загорелась Антонина желанием увидеть своими глазами этот благодатный край. И добилась перевода в Алма-Атинский медицинский институт им. Молотова. Его она окончила в 1948 году. И получила направление заведовать здравпунктом на Кустанайском химическом заводе. В начале 1949 года вышла замуж за старшего следователя областной прокуратуры капитана юстиции Ивана Никифоровича Бойко. В том же году мужа перевели в Чимкент. Приехала в наш южный город и Антонина Андреевна. И стала его легендой.

«Война нам подарила Антонину Андреевну»

— это слова 82-летней шымкентки Аллы Васильевны Пережогиной, боготворившей спасительницу Соколову. Пережогина много лет возглавляла экономический сектор в отделе сельского хозяйства обкома партии. Познакомила и сблизила их беда: у мужа Пережогиной обнаружили аневризму сердца. И Антонина Андреевна смогла продлить по максимуму ему жизнь.

«Мы жили как у Христа за пазухой, пока Соколова была жива. Уникальный доктор, — рассказывала А. Пережогина. — Антонина Андреевна была уже на пенсии, но стоило ей позвонить и сказать, что кому-то из наших плохо (а жили мы рядом), как очень скоро на пятом этаже у нас раздавались ее топ-топ.

За свою долгую жизнь Антонина Андреевна вылечила людей видимо-невидимо. Трудно пересчитать».

О другом факте уникальных способностей Соколовой поведала другая ее пациентка. Скорая в советскую пору поколесила по трем чимкентским больницам с беспомощным мужчиной. И нигде не определили, что с ним. Повезли в 4-е медобъединение, где работала Соколова. И та без анализов, визуально поставила диагноз: «инфаркт».

Трудовая биография

В Чимкенте у Антонины Андреевны она началась в феврале 1949 года с должности участкового врача 1-го медицинского объединения. В 1953 году ее назначили начальником станции санитарной авиации. А. Соколова в любое время суток и в любую погоду на кукурузнике вылетала в сельские районы, на дальние чабанские отгоны, где срочно требовалась медицинская помощь. Спасала людей. Сопровождала их в Чимкент на госпитализацию в лечебные учреждения.

Сохранился интересный документ: днем рождения Чимкентского областного онкологического диспансера считается 15.04.1950 г., когда приказом облздравотдела №74 онкологический пункт на базе бывшей электролечебницы по ул. Туркестанской, 26 был реорганизован в областной онкологический диспансер на 15 коек с поликлиническим и рентгенотерапевтическим отделениями. Первым главным врачом была Разия Шарафутдиновна Ермекова, которая проработала до 1953 г. Первыми заведующими рентгенологическим отделением работали Абдул-Хамид Алпысбаевич Кальменов и Антонина Андреевна Соколова.

Потом продолжительное время заведовала терапевтическим отделением 4-го медобъединения.

Желание учиться и узнать как можно больше сидело в ней до глубокой старости. Ее познавательная активность удивляла всех. В 1965 году А. Соколова поехала на курсы в Москву. Вернулась в статусе кардиоревматолога. Его миссия — диагностика, профилактика и лечение ревматических заболеваний сердечно-сосудистой системы. Антонина Андреевна стала работать по этой специальности.

В 1970-ом она возглавила терапевтическое отделение областной клинической больницы.

А в 1982 году снова отправилась на специализацию. Сначала в Ленинград, потом — в Харьков. Получила квалификацию «врач высшей категории». И стала ведущим кардиологом области.

Антонина Андреевна блестяще расшифровывала электрокардиограммы, на которых вырисовывается полная характеристика работы каждого участка сердечной ткани. И к ней нередко обращались коллеги с просьбой расшифровать ЭКГ своих пациентов.

Параллельно с основной работой Соколова успевала переделать кучу дел. Многие годы она, старший лейтенант запаса медицинской службы, была членом призывной медицинской комиссии областного военного комиссариата. С пристрастием проверяла здоровье будущих защитников Родины.

Более 30 лет преподавала в Чимкентском медицинском училище. Давала надежную путевку в профессию, наставляла грамотно и честно исполнять свой профессиональный долг.

К Антонине Андреевне тянулись молодые таланты, и она им помогала. В личном архиве А. Соколовой сохранилась книжица — автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата медицинских наук. На первой страничке: «Глубокоуважаемому учителю и наставнику с искренней признательностью от автора». Автор — тогда врач одной из чимкентских больниц, а сейчас доктор медицинских наук, член президиума Ассоциации кардиологов РК, член Европейского общества кардиологов Сауле Раимбековна Абсеитова. Вот какие ученики, которыми гордится вся страна, у Антонины Андреевны Соколовой!

И в выборе друзей она была требовательной. Ценила человеческие качества и, безусловно, профессионализм. Лучшим ее другом среди медиков был легендарный Жандарбек Жуматаев — хирург от бога, к которому выстраивались нескончаемые очереди жаждущих попасть только к нему на операцию.

С военной поры засела в Соколовой уверенность: в медицине не место поверхностным знаниям и небрежности. Мне рассказала свидетельница той поры, когда на традиционной врачебной конференции в больнице, где работала Антонина Андреевна, во время обсуждения инцидента она громко назвала коллегу — заведующего отделением — неучем. Резонанс был большой. После случившегося ей пришлось уйти из той больницы. Но авторитет профессионального, принципиального и честного врача у Антонины Андреевны остался навсегда.

Врач божьей милостью

Получив статус пенсионера, А. Соколова работала заведующей кардиологическим отделением клиники Орынбаева до 2001 года. Но кроме официального приема в больнице к ней домой всегда обращались больные и страждущие. И она их принимала. Выслушивала жалобы. Отодвигала веко на глазу.

Смотрела, что там внутри. Щупала пульс. И ставила диагноз. Назначала лечение. Случалось, сама делала уколы. Хотите верьте, хотите нет, но люди излечивались от хворей. А слава об уникальном докторе набирала силу в Шымкенте и далеко за его пределами. Во дворе дома Соколовой, когда она уже нигде не работала, поставили лавочки для очередников к ней на прием.

Одна из ветеранов «Южанки» тоже побывала на домашнем приеме у А. Соколовой. «У меня страшно болели колени. Не могла ходить. Лечение в поликлинике не помогало. Народная молва привела к ней в дом. Уже не помню, какой диагноз она мне поставила. Но сама делала уколы. И после них вот уже больше 25 лет колени меня не беспокоят», — вспоминала коллега.

Антонине Андреевне повезло с мужем. Иван Никифорович Бойко держал на себе все хозяйственные заботы и дом. Умел отремонтировать бытовую технику, починить электропроводку. приготовить вкусный обед. Жена уезжала на несколько месяцев на специализацию, днем и ночью пропадала на работе, а он заботился о сыновьях и доме. Берег жену.

Они вырастили двух прекрасно образованных сыновей. Старший, Владимир Иванович, погиб: его автомобиль врезался в скалу в ущелье Машат. И это стало страшной трагедией для родителей. А младший — Александр Иванович — полковник КНБ в отставке, сейчас с супругой живет в родительском доме, построенном отцом в 60-е годы прошлого столетия. Отсюда в последний путь отправились сначала отец, а в июне 2018 года — мать.