— Первое отделение неврологии открылось в нашем регионе на базе областной клинической больницы. Следом за ОКБ в каких еще районах открываются отделения?

— Да, первое отделение открылось в областной клинической больнице по инициативе Анны Ивановны Волоховой. Кроме того, она открывает отделения в Туркестане, Кентау, Сайраме, Жетысае и Сарыагаше. До 1980 года Анна Ивановна руководила неврологической службой. Затем из Москвы приехал Иманали Оспанович Байдаулет, где он учился в аспирантуре и защитил кандидатскую диссертацию. Он занимает должность заведующего отделением неврологии, которым руководит до 1988 года. При нем открылись отделения в Толебийском, Кировском и Тюлькубасском районах.

С 1988-го по 1992 год должность заведующего отделением занимал Абдумажит Мустафаевич Мустафаев. Он, так же, как и предыдущие коллеги, помимо отделения, возглавлял и неврологическую службу области. А с 1992-го по 2011 год руководителем был Ибрагим Нуржанович Ермекбаев. Все руководители много сделали для развития неврологической службы в нашей области.

— Назира Асановна, расскажите о достижениях неврологической службы.

— В неврологической службе есть несколько сфер. В первую очередь это инсультология. В 2012 году под руководством Мукана Кенесбековича Егизбаева мы открыли инсультный центр. Но этому предшествовал неординарный случай из нашей неврологической практики. Меценат Джеффер Темпел проживал некоторое время в Шымкенте. Находясь в служебной командировке, он обращался за медицинской помощью в областную клиническую больницу. Темпел поведал, что его мать, перенесшую инсульт в Великобритании, вернули к жизни благодаря квалифицированной медицинской помощи команды консультанта-невролога профессора Лондонского университета Полины Монро, а также уходу и последующей реабилитации дома. Поэтому он хорошо знаком с характером командной работы, столь необходимой для ухода за пациентами. Темпел, уезжая на родину, согласился выполнить просьбу и связаться с самой Полиной Монро.

В 2011 году мы провели семидневный семинар на базе областной клинической больницы, на который была приглашена профессор, ментор из Великобритании Полина Монро с командой неврологов-реабилитологов из Санкт-Петербурга. Тогда же мы подписали меморандум о сотрудничестве. Отмечу, что по сей день в работе нам помогают наши коллеги. В организационной работе мы преуспели. Кроме этого инсультного центра, в последующие годы открылись еще десять. На данный момент первый инсультный центр на базе областной клинической больницы, который имеет самый высокий уровень третий, является координирующим органом всех центров. Это учебно-методическая, консультативная и научно-исследовательская работа, внедрение высокотехнологических методов лечения. По сути, это организационно-аналитический отдел, где мы получаем достоверные данные, изучаем смертность, заболеваемость и так далее по всей области.

Кроме того, создана мультидисциплинарная бригада, куда входят не только неврологи, но и нейрохирурги, реаниматологи, интервенционисты.

— С каждым годом все больше стали внедрять новые высокотехнологические методы лечения. Какие уже внедрены у нас?

— Да, медицина не стоит на месте, и мы стараемся идти в ногу. Мы внедрили эмболизацию аневризмы, эмболизацию мальформации, стентирование внутренней сонной артерии, селективную ангиографию, тромболитическую терапию и т.д. Наши результаты с каждым годом становятся все лучше. Но, конечно, стараемся не только в этом преуспеть. Мы также стараемся снизить количество летальных исходов, прежде всего послеоперационных.

— Неврологическая служба области проводит огромную работу по эпилептологии. Расскажите об этом.

— На базе областной клинической больницы мы провели эпидемиологическое исследование Южного Казахстана по международным требованиям. Отрадно, что во всем мире ссылаются на статистические данные Южного Казахстана. Куратором исследования была Анна Борисовна Гехт, вице-президент Международной противоэпилептической лиги. Конечным результатом этого сотрудничества явилась публикация в профильном американском журнале статьи по исследованию Южного Казахстана. Мы выявили отсутствие терапии у больных в 31% случаев. Затем приняли ряд мер по устранению недостатков, благодаря чему в 2016 году произошло снижение на 88%.

— Этот 31% случай отсутствия терапии с чем связан?

— Со стигматизацией. Наши больные не говорят, что болеют эпилепсией. В семьях скрывают это заболевание по разным причинам. Конечно, мы проводили разъяснительную работу и создавали специальные рабочие группы. И продолжаем работать в этом направлении.

— Это ведь не единственное исследование, которое проводилось?

— Да, мы провели также исследование синдрома двигательных расстройств — болезнь Паркинсона и синдром паркинсонизма. Произвели валидизацию на 350 пациентах и внедрили унифицированную шкалу MDS UPDRS на казахском языке.

— Что дала эта шкала?

— Мы дифференцировали паркинсонизм идиопатический от атипичного. Больные получают бесплатные препараты противопаркинсонические, но многим пациентам они выдаются неправильно. То есть их выдают и больным вторичным паркинсонизмом, которым эти препараты не помогают. Дифференцировав, мы смогли откорректировать все лечение и таким образом сэкономили государственные средства, которые выделяются на лечение. Продолжаем работу над немоторной шкалой Паркинсона, которая уже на стадии завершения. Это будет и казахскоязычная версия.

Кроме того, мы вошли в крупный проект изучения нейродегенеративных заболеваний болезни Паркинсона по Казахстану. Наш южный регион густонаселенный, и мы являемся одним из основных членов данного проекта. Сотрудничаем с институтом UCL, где дают грант на бесплатные генетические анализы, чтобы мы их отправляли в Англию. Эти анализы позволяют узнать, насколько обусловлены заболевания наследственно и насколько это спорадические случаи.

На конгрессе MDS мы уже доложили об экстрапирамидных расстройствах. Нашли наследственную болезнь Гентингтона.

В нашей области 16 семей со спиноцеребеллярной атаксией – это очень сложное наследственное заболевание, которым страдает каждый член семьи, при этом люди живут в среднем до 35 лет. В нашей области найдена спиноцеребеллярная атаксия первого, второго, третьего и семнадцатого типа.
Отмечу, что на базе нашей областной клинической больницы мы применили таргетную терапию в лечении спинальной мышечной атрофии трем пациентам. После шести инъекций увидели разительный результат. Двигательные расстройства у пациентов значительно уменьшились, крепче стал иммунитет. Качество жизни улучшилось.

— Несколько лет назад в нашей области обнаружили два случая заболевания Помпе. Как в данное время чувствуют себя пациенты?

— Да, в Туркестанской области впервые в Казахстане мы обнаружили два случая заболевания Помпе у сестер 1992 и 1993 годов рождения. Им была проведена ферментозаместительная терапия, на сегодня наши девушки обзавелись семьями и стали мамами здоровых детишек.

Мы нашли еще одного молодого человека с болезнью Помпе, проживающего в Сайрамском районе. Теперь будем добиваться назначения ферментозаместительной терапии для него. Эта терапия дорогостоящая, ее надо добиваться через маслихат или через фонд «Казакстан халкына».

Хочу также рассказать, что на базе ОКБ функционирует кабинет рассеянного склероза, где решаются вопросы диагностики не только на основе клинических проявлений, но и неврологического статуса и метода нейровизуализации. Мы делаем все необходимые анализы. Если раньше пациентов отправляли в Москву, то сейчас проводим все самостоятельно, причем на бесплатной основе.

Благодаря диагностике и исследованиям удалось дифференцировать рассеянный склероз и заболевания спектра оптиконевромиелита. Долгое время заболевания изучались в единой большой группе, так как их клиническая картина довольна схожа. Тем не менее заболевания отличаются патогенезом.

Мы выявили, что в большинстве случаев заболевания спектра оптиконевромиелита в нашем регионе превалируют в отличие от других регионов Казахстана. Не знаю, с чем это связано. Возможно, это следствие заболевания Covid. Этим заболеванием чаще страдают женщины репродуктивного возраста 36-37 лет. На восемь случаев женщин заболевает один мужчина. Очень тяжелое заболевание.

Отмечу, что бесплатных препаратов для лечения рассеянного склероза у нас в достаточном количестве, мы можем их выбирать для больных по клиническому проявлению. Но вот при заболеваниях спектра оптиконевромиелита, к сожалению, ничего нет. Пациентам приходится покупать препараты самостоятельно, потому что каждое обострение заболевания дает инвалидизацию. Делаем все возможное для приобретения препаратов через маслихат или фонд «Казакстан халкына», но пока все сложно. Стараемся оказать посильную помощь таким пациентам.

Провели также оптимизацию помощи больным по неврастении по Туркестанской области и Шымкенту. Проводим консультации, разъяснительную работу и коррекцию медикаментозной терапии, чтобы не привести людей к кризам. Но если это все же произошло, а таких случаев в год бывает 10-12, выводим мультидисциплинарные бригады. У нас есть уже отработанная тактика ведения, и ни один больной не умер.

Своим наработанным опытом мы поделились с коллегами и опубликовали наработки в престижном казахстанском журнале «Наука и здравоохранение».

— Поделитесь ближайшими планами.

— Вследствие того что в последнее время наблюдается рост аутоиммунных заболеваний нервной системы, мы планируем создать соответствующий центр. Есть еще ряд проектов, которые будем реализовывать совместно с областной клинической больницей.

Перед нами, неврологами, стоят амбициозные задачи, есть огромное желание поставить на высокий уровень и реабилитационную службу.

Справка «ЮК»
Хорея Гентингтона (болезнь Гентингтона) — наследственное прогрессирующее заболевание головного мозга, основными внешними клиническими проявлениями которого являются непроизвольные движения рук, ног, туловища, нередко мимических мышц лица, которые могут сопровождаться нарушениями настроения и поведения, а также памяти.

Справка «ЮК»
Болезнь Помпе — это редкое генетическое заболевание, встречается примерно у 1 на 40 тыс. человек. Может проявиться и в раннем детстве, и позже. Заболевание вызывает целый ряд проблем со здоровьем, но наиболее распространенным признаком является мышечная слабость, которая при отсутствии лечения усиливается со временем.

Татьяна Бурдель