Рыбное место?

25 Окт 2019 11:30
Количество просмотров: 2583

Рыбный ряд на шардаринском рынке выглядит более чем скромно. Продавцы реализуют несколько килограммов за полдня. Цены для главного рыболовного центра области высокие.

«Проверку рыбы проводим на месте, — рассказала лаборант А. Ахметова. — По стандарту проверяем 0,1 процента от крупной и 0,3 — от мелкой партии.

Замеряется уровень радиации, берем пробы на наличие паразитов, свежесть рыбы, проводим бактериологическую экспертизу».

Местные жители говорят, что есть еще точки стихийной торговли прямо на улицах города, но работают они от случая к случаю — полиция быстро их ликвидирует.

Акватория водохранилища закреплена за четырьмя хозяйствами.

Браконьерский лов имеет место, но его масштабы с весны этого года существенно уменьшились. Раньше на ночной промысел выходили до сотни мотоциклов и несколько десятков внедорожников. Для сотен жителей прибрежных сел рыбалка с электроудочками или капроновыми мелкоячеистыми сетями — давний и привычный промысел. Огромные штрафы и даже уголовная ответственность за браконьерский лов их не особенно останавливают. Мотивация примерно одинакова: водохранилище крупные хозяева поделили, рыбзаводы у нас всю рыбу отняли и за границу продают, работы нет, дети плачут, хлеба просят, а природа не оскудеет, если у нее взять немножко.

Люди привыкли годами бесконтрольно черпать рыбу из «своего моря», не задумываясь, откуда она берется.

Дядя Миша, рыбак-любитель с дореволюционным стажем, грустно поглядывает на поплавки. В ведерке несколько килограммовых рыбин. Чтобы порыбачить на Шардаре, приезжает аж из Жетысая.

«Лет сорок точно сюда езжу, — делится наболевшим дядя Миша. — С уходом на пенсию времени на рыбалку стало больше, а рыбы в водохранилище — с каждым годом меньше. Такое вот расхождение желания и реальности. Еще лет десять назад такую рыбешку, как у меня, сегодня нормальные рыбаки просто обратно выпускали бы — пусть растет. Теперь и такая за счастье. Не возвращаться же с пустыми руками».

Куда делась шардаринская рыба — вопрос интересный. Браконьеры ссылаются на промысловиков, мол, те все вычерпали. Владельцы рыбоперерабатывающих предприятий во всех бедах винят браконьеров. Результаты деятельности последних хорошо видны на рыбных прилавках Шымкента. Экземпляры не то чтобы огромные, но пятикилограммового сазана или судака найти можно практически всегда. В том числе во время нереста. Спросите продавцов, откуда рыбешка, и получите в ответ нечто невразумительное. Документы на товар — вообще не про нас.

Сотням хорошо оснащенных, мобильных, с эффективной сетью информаторов и единомышленников в каждом прибрежном поселке браконьеров противостоит несколько групп госинспекторов, а в периоды обострения ситуации — еще и полицейских.

Когда говорят «на Шардаре рыбы хватит всем», люди правы. При одном условии: пресечь раз и навсегда браконьерство.

Борьба с браконьерством на Шардаринском водохранилище ведется госорганами, общественниками.

Во время весеннего нереста удалось пресечь незаконный вылов рыбы в верховьях водохранилища.

«К борьбе с браконьерами, — говорит депутат маслихата Шардаринского района, первый заместитель председателя районного филиала партии «Nur Otan» Е. Карымсаков, — активно привлекаем жителей близлежащих сел. В работе задействованы члены партии, аксакалы, рыболовы-любители. Все, кто заинтересован в сохранении рыбных ресурсов Шардары. Особенно актуальна эта работа во время нереста, когда рыба идет в верховья водохранилища. Активисты партии проводят разъяснительную работу».

Акватория Шардаринского водохранилища с 2015 года поделена на четыре эксплуатационных участка. Предприятия работают на условиях долгосрочной аренды на 39 лет и выполнения природовосстановительных мероприятий.

«Объемы промыслового вылова определяются установленными государством квотами, — рассказывает депутат маслихата Туркестанской области, заместитель председателя ассоциации «Казахрыбхоз», директор ЧП «Серманизов» Б. Серманизов. — По судаку это 600 тонн в год на всю область. Общая квота на вылов рыбы в водохранилище 2300 тонн. Прежде чем приступать к лову, природопользователи оплачивают госпошлину на каждый килограмм будущего улова. На них же возлагаются расходы по организации охраны и зарыбления участков. Каждый содержит собственные рыбные хозяйства — пруды для маточного поголовья, выращивания мальков. Инкубационный период от личинки до рыбы, готовой к выпуску в открытый водоем, составляет два года.

Вода в Коксарае летом и осенью спускается полностью. Рыба гибнет в изолированных озерцах.

Шардара все-таки не природное озеро, а водохранилище. Поэтому ведение рыбного хозяйства имеет свои сложности. Объем воды в чаше водохранилища в зависимости от сезона уменьшается в пять раз — с максимальных 5-7 млрд. кубов зимой до одного к осени. Соответственно, в три раза сокращается площадь водоема. В этот период проводятся работы по сохранению изолированных впадин с водой, поддержанию там жизни мальков. В нашем хозяйстве только егерская служба 25 человек. Охрана такой большой территории требует техники, горючего. Работа связана с риском, поэтому зарплаты у егерей соответствующие. Ведем плановое техническое перевооружение рыболовной флотилии и рыбоперерабатывающих заводов. Совместно с НИИ рыбного хозяйства на водохранилище ведутся научные работы.

В 2015 году на Шардаринском водохранилище впервые запретили использовать для любительского лова сети. Любые. Пережили возмущение и протесты населения окрестных сел. Люди привыкли годами бесконтрольно черпать рыбу из «своего моря», не задумываясь, откуда она берется. Особенно тяжело в период нереста. Местные браконьеры не зря говорят: «Весной месяц весь год кормит». Всего за месяц нереста на мелководье электроудочками выбивалось до 30 тонн маточного поголовья рыбы.

По полтонны рыбы в среднем на одну браконьерскую лодку — это очень хороший доход. Варварский вылов рыбы на нерестилищах в верховьях водохранилища наносит колоссальный вред природе. Главный бич — электроудочки и китайские капроновые сети. От них гибнет огромное количество рыбы. Браконьеры просто бросают ее на дно, выбрав крупную рыбу. В меру сил и технических возможностей каждый год чистим от нее водохранилище, но все равно тонны этой неразлагающейся дряни оседают на дне. Лов с помощью электроудочек и мелкоячеистых сетей запрещен на территории Казахстана. Удочки с аккумуляторами делают местные умельцы. Но сети почему-то в свободной продаже. Как они проходят таможню, интересно?

Весной 2019 года совместными усилиями удалось обеспечить рыбе спокойный нерест. Были задействованы силы полиции, «Охотзоопрома», рыбинспекции, а также волонтеры. Работу взял под личный контроль начальник ДВД области К. Дальбеков. И удалось наконец переломить ситуацию.

Когда говорят «на Шардаре рыбы хватит всем», люди правы. При одном условии: пресечь раз и навсегда браконьерство. Рыбаки-любители на водохранилище всегда желанные гости. Они очень помогают нам в борьбе с незаконным выловом. Привлекаем к этому аксакалов, общественность. Ведем большую разъяснительную работу. Профилактика вместе с жесткими мерами против нарушителей дают ощутимые результаты».

Фактически бесхозным в плане рыболовства остается Коксарайский контррегулятор.

Организованной рыбохозяйственной деятельности на нем не ведется. Водоем с максимальным наполнением 3 млрд. кубов работает сезонно. Вода в летне-осенний период спускается полностью. Рыба гибнет в изолированных озерцах. Если бы был установленный минимум уровня воды, можно было бы вести рыбное хозяйство. Поскольку хозяев, заинтересованных в развитии рыбного промысла, нет, здесь процветает браконьерство. Необходимо изменить статус водоема и по примеру Шардаринского водохранилища выделить рыбным хозяйствам эксплуатационные участки под жесткие природоохранные обязательства. По объемам вылова того же судака возможности Коксарая почти равны Шардаре».

Огромные штрафы и даже уголовная ответственность браконьеров не особенно останавливают.

Серьезный урон наносят рыбным хозяйствам местные черные копатели. По берегам водоемов идет добыча песка. На участке, закрепленном за ТОО «Саодат», выбран солидный объем, попутно засыпано несколько протоков, отчего погибла рыба. Жители соседних сел насчитали до сотни большегрузных самосвалов, вывозящих песок за ночь. По их обращениям районный отдел полиции начал расследование. Оно идет уже четыре месяца, и окончания дела пока не видно. Единственное, чего удалось добиться, — массовая добыча песка прекратилась.

«Проблемы для рыбохозяйств во многом создаются искусственно, — говорит директор ТОО «Саодат»Б. Абдулаева.

— Самый свежий пример. В этом году квоты для вылова рыбы на Коксарайском контррегуляторе выделили в августе, и то только после того, как мы предоставили в уполномоченный орган фотоматериалы о гибели рыбы после летнего сброса воды. Сложился странный режим работы водоема. Девять месяцев в году на нем «работают» только браконьеры, три месяца — мы. В Шардаринском водохранилище ГРЭС периодически устраивает сбросы воды. Начали отсыпку грунта в основание плотины — загубили мой рыбопитомник. Просто выпустили воду. Погибли тысячи мальков и уже подрощенных рыб. На баиркумском шлюзе нет устройства для прохода рыбы. Проходя шлюз, она не может вернуться. Если бы за Коксараем закрепили два-три рыбоводческих хозяйства на длительный срок, можно было бы навести порядок на водоеме: очистить дно от браконьерских сетей, убрать мусор по берегам. Сейчас соблюдение квот контролируется
госинспекторами ежедневно по журналу учета улова. На участке реки у села Жаушкум добытчиками песка разрушен берег, проложена насыпь для подъезда грузовиков. Разрешение на работы было получено под механизированную очистку головной части подводного канала. Канал остался нетронутым, зато песка вывезено на миллионы тенге. Ущерб, нанесенный природе, даже сложно оценить. Разрушена береговая линия на нескольких километрах. Полицейское расследование еще идет. Надеемся дождаться результатов».

Авторитетный рыбак-любитель из Сарыагаша Н. Архабаев координирует волонтерское движение по борьбе с браконьерством.

«Если варварский вылов рыбы в Сырдарье не остановить, — считает он, — нас ждет биокатастрофа. Такое уже случилось на алматинском Капшагае. Там истребили всю рыбу, и теперь нормально порыбачить, если кому нравится такой лов, можно только в частных прудовых хозяйствах. Уже сегодня в результате активного браконьерства ниже плотины Шардаринского водохранилища в реке ловить нечего. Там даже креветок не осталось — все выбито электротоком».

Игорь Лунин
фото автора и из открытых
интернет-источников

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *