«Вылазь, ребята! Берлин!»

Они мечтали о том дне, когда придут в логово Гитлера в Берлине. И добьют в нем фашистов.

Наш земляк старший сержант Виктор Козлов писал домой в Чимкент: «Мне дозарезу надо побывать в Берлине.

У меня в этом городе есть дела неотложные».

И дома знали об этих неотложных делах — отомстить за поруганную Родину.

Берлинская операция длилась с 16 апреля по 8 мая 1945 года. Советские маршалы со своими армиями сражались за то, кто первым войдет в Берлин. Сталин выбрал Георгия Константиновича Жукова, командующего 1-ым Белорусским фронтом, и Ивана Степановича Конева, командующего 1-ым Украинским фронтом. Наши союзники по антигитлеровской коалиции тоже были не против быть первыми, чтобы закрепить за собой славу победителей. Но не смогли.

Хотеть-то хотели многое, но Второй фронт, в подмогу Красной Армии, не открывали.

Только 6 июня 1944 года был открыт Второй фронт против фашистской Германии союзными войсками антигитлеровской коалиции. Когда Красная Армия была уже недалеко от Берлина, зашевелились.

25 апреля 1945 года состоялась историческая встреча 1-го Украинского фронта и 1-ой Американской армии на берегу реки Эльбы в районе немецкого города Торгау.

Участником этих событий был и наш земляк Карабай Калтаев, будущий полный кавалер ордена Славы, пехотинец 15-ой гвардейской стрелковой дивизии 1-го Украинского фронта. Он дошел-таки до Берлина!

Вот что он рассказывал о братании с американцами на Эльбе: «О том, что это произойдет, нас подготовили. В это время шли тяжелые бои возле немецкого города Гросенхайна, на подступах к Эльбе, где полегло много наших ребят. В один день нам сообщили, что предстоит встреча на Эльбе с американцами. Был приказ, как себя вести. Прежде всего, не сообщать о планах и задачах наших войск никому. Не брать на себя никакой инициативы по поводу дружеских встреч. А если американцы будут куда-нибудь приглашать, то надо об этом сообщить старшему начальнику, но чтобы он был не ниже командира корпуса. Приказано было иметь опрятный вид, демонстрировать образец дисциплины, дружелюбия. Мы были в чистых гимнастерках, приказано было прицепить награды.

Но когда на лодках приплыли американцы, мы обо всем забыли. Они были веселыми ребятами, своими в доску. Мы обнимались, целовались, кричали: «Америка — Москва!» Сообща соорудили стол. Со своей стороны выставили «сто грамм наркомовских», украинское сало, а американцы — банки с тушенкой, девушкам нашим вручали шоколадки. Пир был горой! Была весна, цвела черемуха, до Берлина было уже близко, чувствовалось, что вот-вот и наступит Победа. Про все приказы, как себя вести, мы забыли».

Но потом все веселье схлынуло, надо было воевать, расчищать дорогу к Берлину. Гитлеровцы сражались отчаянно, Победа не была легкой. Дорога к ней полита кровью наших отцов и дедов.

«Мой отец, Ульян Самойлович Гукайло, родился в 1924 году в Киевской области, — рассказал Владимир, его старший сын, житель Шымкента. — Отец мечтал стать военным, учиться в военно-морской академии. Но война все поменяла. После выпускного бала в школе, которую папа окончил на отлично, как говорили тогда, «в золотой оправе», он отправился в военкомат, чтобы уйти на фронт воевать с фашистами. Но военком сказал: «На фронт успеешь, пока отправляйся окопы рыть». Рыл окопы, строил оборонительную линию, но через три месяца после начала войны отправили парнишку в военное училище».

Как дальше складывалась военная биография Ульяна Самойловича, рассказывал он сам (воспоминания можно прочитать в Государственном архиве Туркестанской области. Из них известно, что капитан Гукайло за свои подвиги награжден тремя орденами Красной Звезды, двумя — Отечественной войны, 17 боевыми медалями): «С лета сорок второго начались военные действия под Сталинградом. Все говорило о том, что на Волге завязываются тяжелые бои. Мы думали, что нас прямиком направят в Сталинград, но наш выпуск в полном составе отправили на Брянский фронт. Прямо из вагонов наша 115-ая особая стрелковая бригада пошла в наступление. Меня назначили командиром отделения автоматчиков. Надо было выбить немцев из села Швечиковы Дворики. Бой был тяжелым. Перебегая с автоматом из избы в избу, на углу сруба столкнулся с немцем. От неожиданности выпустил в врага целый диск патронов, это была первая встреча с гитлеровцем в бою. Остался жив, получил только небольшую царапину на колене».

Участвовал У. Гукайло и в Курской битве, освобождал Польшу, постепенно приближаясь к Берлину.

Более подробно рассказывал он об идее маршала Жукова по «ослеплению противника», пережив на себе, «что это было такое».

На подходе к Берлину Жуков предложил идею использования 140 зенитных прожекторов для ослепления врага, чтобы тот потерял ориентиры в темноте, а советские бойцы отчетливо видели цель.

Как родилась эта идея, Г. Жуков описал в своих «Воспоминаниях и размышлениях». Цитирую автора: «Готовя операцию, мы все думали над тем, что еще предпринять, чтобы больше ошеломить и подавить противника. Так родилась идея ночной атаки с применением прожекторов. Решено было обрушить наш удар за два часа до рассвета».

Сталин идею Жукова поддержал, посчитав ее эффективной. Но на практике отыграть ослепление удалось не полностью. Из поднявшейся пыли, дыма от артподготовки свет прожекторов создавал «световую стену», мешавшую советским воинам видеть противника. Военные по-своему оценили идею ослепления.

Дело связано в Кюстринским плацдармом, который находился на западном берегу реки Одер в районе города Кюстрин, и отсюда название плацдарма (ныне территория Польши). Город расположен в 60-70 километрах от Берлина.

А я обращусь к воспоминаниям Ульяна Самойловича, ставшего участником на поле жуковской идеи: «Форсировав Одер, мы захватили Кюстринский плацдарм. Завершалась наступательная операция по взятию Берлина. Ночью началась артподготовка с плацдарма, которая длилась более двух часов. Затем было включено огромное количество прожекторов, направленных на передний край противника. Немцы бросили все три линии обороны, думая, видимо, что у русских появилось новое оружие. Замысел маршала Жукова удался. Ослепление противника мощным светом помогло нам сразу без потерь выйти на автострады, ведущие в Берлин. В те дни родилась такая шутка: «Солдата спрашивают, какой у него был самый светлый день на войне? Тот отвечает: «Артподготовка на Кюстринском плацдарме».

Путь к Берлину, нелегкий, продолжался.

«Артполк вошел в предместье Берлина. Выехав на улицу Фридрихсфельде, танки и бронетранспортеры остановились. Кругом была непривычная тишина, никто не решался выйти из машины. Наконец, один из танкистов открыл люк, осмотрелся вокруг и стал стучать по броне с радостным криком: «Вылазь, ребята! Берлин!» И ребята стали выпрыгивать из танков, бронетранспортеров. Никто не стрелял. Из ближнего дома вышли старики с белыми повязками на руках и поздоровались. Я спросил по-немецки: «Здесь есть ваши солдаты?» Жители ответили: «Нет- нет, все ушли», — вспоминал У. Гукайло.

Полк отправили в пригород Карл-Хост для уничтожения разрозненных групп противника.

К вечеру 28 апреля 1945 года части 3-ей ударной армии 1-го Белорусского фронта вышли в район рейхстага. Взять его с ходу оказалось трудно. Здание защищал пятитысячный гарнизон. Перед зданием немцы вырыли противотанковый ров, наполненный водой, что затрудняло лобовую атаку. За овладением рейхстагом шли ожесточенные бои с двух сторон. Берлинский гарнизон рейхстага не устоял, капитулировал.

«3 мая я стоял со своими боевыми друзьями у рейхстага и видел, как берлинский гарнизон складывал оружие. Радости не было предела. Мы победили, мы в Берлине. Теперь домой!» — из воспоминаний Ульяна Самойловича.

Но домой У. С. Гукайло вернулся из Германии только в 1949 году. Работал в СМУ «Казгазстроймонтаж» много лет. Ушел на пенсию в 70-летнем возрасте.

Чимкент, область начали праздновать Победу, когда еще Берлин не капитулировал. Но было уже очевидно, что Победа за нами.

В день, когда началась Берлинская наступательная операция, был закончен и подготовлен к сдаче в эксплуатацию железнодорожный подъездной путь на Чимкентском мясокомбинате. Полностью завершен монтаж первой и второй очередей холодильника. 15 апреля состоялся пробный пуск. Было закончено строительство сушилки для производства сухих препаратов.

Началось строительство клееварочного завода.

На предприятиях и в учреждениях Чимкента проходили многолюдные митинги, собрания по поводу вступления наших войск в Берлин.

Стахановец слесарь железнодорожной станции Чимкент Сосов сказал на митинге: «Долгожданный день наступил, наши войска уже в Берлине. Это обязывает нас утроить энергию в труде».

За двое суток бригада Сосова выпустила после ремонта сверх плана два вагона. В смене мастера Савушкина не было ни одного рабочего, который вырабатывал бы ниже 120 процентов плана.

Митинги по поводу вступления частей Красной Армии в Берлин состоялись во всех службах и отделениях железнодорожной станции Чимкент, сообщается в документах Государственного архива Туркестанской области.

Приближался день, когда фашистская Германия капитулирует.

Было это по московскому времени 9 Мая 1945 года.

Людмила Ковалева