«Хикметы»: размышления о книге

12 Июн 2018

 

Написано о нем немало. Но появился повод еще раз обратиться к этой личности: совсем недавно «Сборник хикметов» стараниями ученых Международного казахско-турецкого университета им. Ясави был переведен на русский язык.

 И автору удалось его прочитать, сделав для себя и, наверное, для тех, кто прочтет эту статью, неожиданные открытия.

Некоторые сложности

 Кандидат филологических наук Ш. Кусаинов рассказывает, что «проведенная работа позволила отобрать для переводов тексты 220 хикметов», и отмечает задачу издателей: «Нужно было провести анализ того видения мира, которое создает опубликованная часть хикметов».

Ахмед Ясави, суфий не имевший политической власти и не водивший войск на битву, внес в историю нашей страны немалый вклад.

 А сделать это непросто, поскольку «в оригинальном тексте хикметов отсутствуют знаки препинания. Если бы переводчик позволил себе расставить знаки препинания согласно своему усмотрению, то он невольно стал бы соавтором суфийского шейха. Текст приобрел бы произвольный смысл…» Но прежде чем обратиться к тексту, попробуем определить, что мы знаем об авторе и эпохе, в которой он жил, попробуем разобраться в этом хотя бы в первом приближении.

 Время караханидов

 Каким был мир к моменту рождения Ахмеда Ясави?

В Европе идут бесконечные феодальные войны. На Ближнем Востоке крестоносцы ведут пока еще успешную экспансию и основывают графство Триполи. Их сдерживают турки-сельджуки. Знаменитый царь Давид расширяет территорию Грузии.

Мальчик Ахмед появился на свет в Испиджабе (ныне Сайрам, ставший частью Шымкента) — богатом городе на Великом Шелковом пути, в семье набожных мусульман. Отцом мальчика был Ибрагим ибн Махмуд ибн Ифтихар, матерью — Карашаш-ана. Их могилы в Сайраме почитаются и сейчас.

1105 год был очень важным в истории Центральной Азии. Именно тогда караханиды (молодая тюркская династия), сокрушили своих давних соперников саманидов — выходцев из современного Таджикистана, захватив огромные территории от Синцзяна до Амударьи.

Наступило время относительного спокойствия.

 Молодость суфия

 О ранних годах жизни праведника известно совсем немного. До наших дней дошли лишь совершенно фантастические легенды. Считается, что первым духовным наставником и воспитателем Ахмеда был местный шейх Арслан-баб, полулегендарная личность, которой приписывается немало чудес. Считается, что после его смерти Ясави перебрался в Бухару. Но мы не знаем, когда это было.

Зато знаем, что в Бухаре его духовным наставником стал Ходжа Юсуф Хамадани (1048-1140), знаменитый суфийский шейх. Этот человек хорошо известен по многочисленным источникам. Он родился в Иране, учился в Багдаде и был широко известен в мусульманском мире. Юсуф Хамадани был аскетом, имел многочисленных учеников, среди которых Ахмед Ясави стал едва ли не самым знаменитым.

Ахмед вскоре получает звание «иршада», дающее право объяснять «пути к познанию истины».

В «Хикметах» встретилось всего одно упоминание об этом шейхе. Зато Ясави беспрестанно призывает читателей учиться у неких «иранцев»: «Путь иранцев прося шел я…» Вероятно, имеются в виду бухарские суфии, говорившие на фарси.

Некоторое время Ясави был главой суфиев Бухары. Видимо, в этот период он и совершил хадж. Но потом ушел на границу исламского мира в Ясы (Туркестан), где развернул активную проповедническую деятельность среди тюрков.

 Смена державы

 Год 1141. Главное международное событие — битва в Катванской степи близ Самарканда. Объединенное войско караханидов и знаменитого сельджукского султана Санжара разгромлено каракитаями, пришедшими в Центральную Азию с востока. В районе Чугучака на реке Эмиль (неподалеку от нынешней границы Казахстана) они выстроили свой город, число кибиток достигало 40000.

Одним из факторов, который способствовал успеху каракитаев, или, как их еще называют, киданей, была их веротерпимость, поскольку в Центральной Азии в ту пору, кроме мусульман, было много представителей других религий.

 Проповедь в Туркестане

 Мы не знаем, в каком году великий суфий покинул Бухару, бывшую уже тогда одним из признанных центров мусульманской учености, и отправился в Туркестан на границу мусульманского мира. Но можно предположить, что произошло это примерно в то же время, когда в регионе сменилась государственная власть.

Многие номады, жившие к северу от хребта Каратау, отказывались принимать ислам от миссионеров арабов, и они сами, и их язык были чужды вольнолюбивым кочевникам. Но Ахмед Ясави был для них своим и говорил на понятном языке. В тонкостях суфизма они не разбирались. Но сама личность подвижника, ученого, человека, зарабатывавшего на хлеб плетением циновок, не могла не притягивать. Послушать его проповеди приезжали издалека. В них он призывал людей быть добрыми, учил презирать стяжательство и алчность. Суть своего учения он изложил в поэтическом диване «Хикмат», который пользовался огромной популярностью. Его стихи неграмотные кочевники заучивали наизусть. По сути, Ахмед Ясави один сделал для распространения ислама в тюркской среде больше, чем все арабские проповедники вместе взятые. Он основал суфийскую школу-орден Ясавийя. А в возрасте пророка добровольно заточил себя в подземную келью, где и прожил до конца своих дней. О мотивации такого образа жизни Ясави говорил следующее: «Достиг я возраста Пророка, шестидесяти трех лет, с меня этого достаточно, нет необходимости жить сверх срока, отведенного Пророку». Вблизи подземелья жила не только вся его семья, но и поселились многочисленные ученики, слушавшие наставления и поучения шейха, который поднимался наверх по ночам. И именно в подземелье, будучи в преклонном возрасте, Ахмед писал свои «Хикметы».

 Путь суфия

 В принципе, с изречениями из «Хикметов» любой приехавший в Туркестан может ознакомиться на гранитных скрижалях, установленных на аллее, ведущей к мавзолею суфия. Там они высечены на турки, которым писал Ясави, и в переводе на современный казахский.

Однако ни разу не приходилось видеть человека, читавшего бы эти изречения.

Прочесть весь сборник «Хикметов» (напомню, они написаны без знаков препинания) работа не из легких. Но в чем же их смысл?

Ясави в оценке своего творения достаточно категоричен:

Не мусульманин тот кто
не плакал слыша хикметы
К словам иранцев
не прислушавшиеся
Аятов и хадисов смыслом
не проникавшиеся
Это заключение согласное
с верой над космосом
Я постиг.

 Один из любимых героев Ясави в «Хикметах» — Мансур — не кто иной, как арабский шейх суфий, живший более чем за 200 лет до Ясави и казненный как еретик по приказу багдадского халифа за сказанную им фразу: «Я есмь истина».

Автор «Хикметов» рассказывает в них о всех стадиях своей жизни и духовной эволюции. Но почему-то он ни словом не упоминает про свой хадж в Мекку. Ясави призывает к постижению Аллаха через отречение от мирских благ и радостей:

 Аллах произнес если
будешь много плакать
узришь меня
Если будешь стенать
назову тебя своим
спутником
Наслаждения питьем
и едой пусть заменят
тоска и страдания.

 Таким образом, большую часть «Хикметов» составляют наставления автора о том, какой нелегкий путь должен пройти суфий для постижения Всевышнего. Порой это общие фразы о необходимости отречения от мирских благ, а порой довольно детальные инструкции того, как к этому прийти. Но это не все.

Стоит вспомнить, что Коран написан на арабском языке, которого тюрки просто не знали. Переводить священную книгу в ту пору считалось кощунством. А донести его содержание до новообращенных было необходимо. Поэтому последнюю часть «Хикметов» Ясави посвятил пересказу основных сюжетов Корана.

Алексей Гончаров

 

1 комментария в “«Хикметы»: размышления о книге

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *