Арпаозен: послание из прошлого

3 Июл 2018

Наша экспедиция, организованная областным управлением туризма и внешних связей, путешествует по Сузакскому району.

 Полупустыня. Абсолютно ровные участки сменяются всхолмлениями с небольшими каменными выходами. И, как чудо, посреди однообразия — яркие пятна тюльпанов. Красные, крупные, но не всем известные тюльпаны Грэйга. Точный вид этих цветов никто из участников экспедиции определить так и не смог. И немудрено, ведь в Южном Казахстане тюльпанов несколько десятков видов.

 После короткой фотосессии мы направляемся к виднеющимся на горизонте горам Каратау. По дороге попадается странный объект: посреди полупустыни кто-то воздвиг самое настоящее огородное пугало. Вот только кого оно должно пугать в здешних диких местах? Минуем въездную арку в центр Сузакского района — поселок Чулаккурган. Но не заезжаем в него. Наша цель — горы.

 Удивительный Арпаозен

 Приближаемся к невысокому живописному массиву Келиншектау. Но о нем — позже. А пока есть иная цель. Нас ожидает встреча с богатейшим духовным наследием пращуров.

Горы Каратау, издревле обживавшиеся человеком, богаты петроглифами. Среди многочисленных писаниц Арпаозен — один из самых многообразных по жанрам и сюжетам рисунков. Здесь найдено более трех тысяч изображений, которые относятся ко II-I тысячелетию до н. э. Специалисты указывают: «Они отражают хозяйственную жизнь племен соответствующей эпохи, а также их религиозные верования, обычаи, традиции, обряды. Встречаются изображения птиц, зверей, животных. Тематика рисунков несет определенную смысловую нагрузку. Так, по мнению ученых, образ верблюда символизирует богатство и силу. На многих скалах высечены сцены охоты на горного козла с собаками, ловля птиц. Встречаются изображения воинов с копьями и дубинами в руках».

Впервые здешние петроглифы были обнаружены в 1972 году М. Кадырбаевым и А. Марьяшевым и обследованы Каратауским отрядом ЮКАЭ в 1974-1975 годы. Наскальные изображения высечены на больших блоках и плитах, сложенных из алеврито-песчаниковых сланцев и сгруппированы по склонам холмов.

Распространенным сюжетом ранних петроглифов являются преследования козлов собаками. Они отличаются своеобразной экспрессией.

Петроглифы высечены на больших скальных блоках и плитах, сложенных из алеврито-песчаниковых сланцев.

Но есть и такие, что понять их смысл крайне трудно, если вообще возможно. Что означает, к примеру, знак «J»? Об этом можно только гадать.

На одной из плит в центре — большой верблюд со спутанными ногами, около двух метров в длину. Рядом другие верблюды и люди в позе преклонения, с поднятыми вверх руками. Возможно, это поклонение верблюду. На плитах урочища запечатлено большое количество лошадей и куланов. Первые изображались на поводу, с седоками и запряженными в колесницы.

Между покрытыми петроглифами плитами цветут кустики горной вишни.Темные камни кажутся чем-то незыблемым. Хрупкие нежные растения живут лишь один миг. Но именно они в союзе с водой и ветром неустанно эти камни дробят. От чего многие изображения покрываются сетью трещин, а то и вовсе исчезают.

Петроглифы раннего железа размещены в нижней части основного ущелья. По-видимому, они были выбиты позднее, когда удобные для изображений плиты в центральной части ущелья были уже заняты более древними петроглифами. Судя по ним, некогда в Каратау водились даже олени.

Археологи отмечают: «В целом в Арпаозене можно выделить три основные группы петроглифов: наиболее древние — эпохи поздней бронзы, сакские и поздние гравюры XVIII-XIX веков. В урочище находилось одно из самых долговременных святилищ, функционировавших на протяжении многих веков». Ну как пройти мимо такой сцены, где двое лучников стреляют в могучего самца горного козла — тека. В охоте участвуют и собаки. Рядом лучник с верблюдами. Это рисунки уже более позднего периода, как и одинокий кулан.

 Продолжаем прогулку

 Под ногами тюльпан, в котором притаился жук. А рядом, под скальным навесом, — гнездо большого поползня. Твердое, как бетон, оно сделано из скрепленной слюной птицы глины. В качестве украшения перед входом вмурованы панцири жуков, которые служат этой птице добычей. Поползень — небольшая птичка из семейства воробьиных, вес которой не более 55 граммов, — впервые была описана в 1872 году. Биологи отмечают, что гнездо скального поползня — это не просто постройка для вывода птенцов, это самый настоящий и очень крепкий дом, порой достигающий 15 кг, — почти в 500 раз тяжелее самих птиц! Жилище внутри очень мягкое, хорошо утепленное и используется десятки лет. Нам повезло, поскольку его гнезда обычно располагаются в недоступных местах.

Гнездо поползня — это настоящий крепкий дом, порой достигающий 15 кг, — почти в 500 раз тяжелее самих птиц!

Поползень — птица оседлая. Прекрасно лазает по скалам, причем часто вниз головой. Питается насекомыми.

Зачем он украшает их останками вход в гнездо и даже добавляет к ним погадки больших хищных птиц, орнитологи объяснить не могут. Зато уверены, что скальные поползни в современных немногочисленных и узко лимитированных районах своего обитания, к которым они максимально адаптированы, живут уже миллионы лет. И, как отмечает изучавший большого скального поползня многие годы орнитолог В. Колбинцев, его популяция в здешних местах стабильна.

Но вернемся к петроглифам.

Местами на скалах выбиты круги с крестами внутри. Считается, что это солярные символы. Во все времена и на всех континентах люди почитали светило, дающее планете жизнь. Однако есть среди петроглифов Арпаозена и загадочные существа. Вот две двуногие фигуры, почти бесхвостые, но с вытянутыми то ли клювами, то ли мордами. Кто-то из членов экспедиции воскликнул: «Динозавры!» Другой заметил, что это, скорее, кенгуру. Вероятнее всего, это птицы, но какие? По одной версии — дрофы: они на юге самые высокие. По другой — удоды: есть какое-то сходство. Но чем древнего художника привлекли столь мелкие существа?

И вновь солярные символы. Сцены охоты. Верблюды. Горные козлы. Ах, какие горные козлы! В каждом изображении — мощь и скрытая экспрессия. И бегущий верблюд… Какие были мастера! Какое двигало ими вдохновение! Бродить здесь можно часами. Но над хребтом собрались грозные тучи. Пора уезжать.

Прекрасный силуэт Келиншектау

В официальных справочниках указано, что «район урочища Арпаозен находится в двух-трех километрах на северо-восток от Каратау и расположен в створе островерхой, резко выделяющейся причудливой формой на фоне сглаженного Каратау вершины Келиншектау, которая может служить хорошим ориентиром». Вот к этой самой Келиншектау мы и едем, чтобы найти место для ночлега.

По дороге встречаем пару красивых крупных уток. Это огарь, или красная утка. Живут они парами. И порой напоминают не уток, а небольших гусей, особенно в полете. Кормится огарь в основном на суше. А в качестве места для гнезда часто выбирает норы. Так что его можно встретить довольно далеко от водоемов.

Чтобы попасть к подножию Келиншектау, необходимо миновать кордон Каратауского заповедника. Общение с егерем, рекомендательное письмо от управления туризма и внешних связей и, наконец, звонок в дирекцию заповедника, расположенную в Кентау, делают свое дело, и мы следуем выше.

Келиншектау резко выделяется на фоне соседних гор. Здесь более светлые горные породы. Причудливо изломанный гребень. С массой небольших пиков и отвесными склонами. Настоящий рай для скалолазов-экстремалов. И конечно, как и повсюду в Каратау, множество гротов. Два таких грота, как глаза окаменевшего великана, особенно отчетливо видны на обращенном к нам склоне. У подножия горы раскинулась мини-саванна. А вглубь ведут саи — узкие, извилистые, густо заросшие деревьями и кустарниками. Келиншектау невысока. В ней, кажется, и полутора километров над уровнем моря нет. Стоя у ее подножия, ощущаешь, что этот скальный лабиринт хранит немало тайн. Увы, нашему стремлению хоть немного его исследовать помешала погода. Облака начали опускаться на вершины буквально на наших глазах…

Алексей Гончаров

фото автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *