Без подписи…

8 Апр 2019 13:19
Количество просмотров: 545

18 лет назад впервые присутствовала на процессе, проходившем в Чикагском суде в США по видеоконференц-связи. Это посещение включили в программу пребывания в Штатах казахстанских журналистов, пишущих на правовые темы. Тогда видеоконференц-связь (ВКС) была для нас в диковинку. А сегодня она — неотъемлемая часть отечественного судопроизводства, свидетельство стремительного прорыва новых технологий.

Теперь не надо ехать в столицу для участия в рассмотрении кассационной жалобы в Верховном суде ни истцам, ни ответчикам.

Современные электронные сервисы сокращают расстояния, экономят деньги, в том числе граждан, чьи дела рассматривают в столице.

Региональные журналисты, как правило, присутствуют на процессах в судах первой инстанции и на заседаниях апелляционных коллегий Шымкентского городского и Туркестанского областного судов. Но судебная тяжба героини моих публикаций — инвалида детства 65-летней О. Скуратовой — дошла до Верховного суда РК, куда направили жалобы ее оппоненты. И мне впервые пришлось участвовать в заседании судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда РК.

На суды журналистов пропускают по служебному удостоверению. На заседание Верховного суда по ВКС, проходившее в здании суда г. Шымкента, меня, как и всех, обязали пройти в канцелярию и внести в компьютер личные данные. Нас пригласили в зал судебного заседания, где присутствовала единственная сотрудница городского суда. Небольшой видеоэкран на стене, микрофон, к которому судья Верховного суда Т. Ибрашев приглашал участников квартирного спора. Слушание продолжалось около 40 минут. Потом наступил непродолжительный перерыв, а затем Т. Ибрашев озвучил: «Постановление судебной коллегии по гражданским делам города Шымкента от 25 октября 2018 года отменить».

Объясню, почему. Но сначала напомню, что этому предшествовало.

Была у инвалида однокомнатная квартира

Об этой тяжбе я рассказала в материале «Квартирные войны» («ЮК» № 21 от 18.02.2019 года). Его главная героиня — 65-летняя Ольга Васильевна Скуратова, инвалид детства, состоящая с рождения на учете в психоневрологическом диспансере. Эта женщина — единственная в миллионном Шымкенте, на кого взглянешь и запомнишь навсегда. Лицо — сплошное родимое пятно, обезображенное слоновой болезнью. В 1974 году ей, как инвалиду, выделили однокомнатную квартиру в спальном районе тогдашнего Чимкента, где она жила одиноко и бедно. Ни специальности, ни образования. За душой всего один первый класс, который окончила с горем пополам. А потом матери сказали: забирай дочку, чтобы детей не пугала.

На обездоленную, несчастную Скуратову обратил внимание член местной общины евангельских христиан-баптистов С. Филипченко. Окружил вниманием и заботой. Дело дошло до того, что с его подачи Ольга Васильевна написала завещание, по которому ее однокомнатная квартира после смерти переходила в собственность Филипченко. Но тот не стал дожидаться кончины наследодательницы и пошел ва-банк. Решил обменять свою двухкомнатную квартиру, доставшуюся ему в наследство от почившей в бозе одинокой старушки, которую он опекал, а в придачу и однушку Ольги Васильевны на жилой дом. Как он ее уговорил и что наобещал — на его совести. Филипченко привез Скуратову к нотариусу. Там ее попросили поставить подпись на бумаге. Так был оформлен договор мены.

Скарб инвалида перекочевал в частный дом с неделимым земельным участком в переулке Улугбека в 11-ом микрорайоне Шымкента. В нем на 50 квадратных метрах поселились фактически три семьи. Филипченко с супругой, его сын с женой и маленькими детьми и Ольга Васильевна. Ей выделили самую большую комнату, потому что остальные две — крохотные каморки вроде кладовок — видела своими глазами. Приличная кухня, туалет, ванная. Но туда инвалиду путь закрыт. Многочисленное семейство диктует свои порядки. А детвора обзывает обидными словами. И нет несчастной Ольге Васильевне покоя. Не жизнь у нее — сплошной ад.

Спозаранку, пока все спят, она тихонько пробирается на кухню. Кипятит чай. Несет в свою комнату. Наспех ест, что Бог послал. И уходит куда глаза глядят. В последнее время ее постоянно видят на остановке в микрорайоне рядом с многоэтажкой, где находится ее бывшая однокомнатная квартира. А когда у нее приступ, она хватается руками за стойку, обнимает ее и может стоять целый час как вкопанная, пока не отпустит боль и не прояснится сознание.

Молодой адвокат С. Жумадиллаев, которого определили в качестве бесплатного защитника О. Скуратовой, направил иск об отмене договора мены ее однокомнатной квартиры в Енбекшинский районный суд. Суд первой инстанции его не удовлетворил. Любопытно, что буквально в течение месяца после обмена с ее однушкой было совершено четыре сделки. Можно предположить для того, чтобы усложнить процедуру возврата имущества законному владельцу. Сначала ее подарили, потом дарственную отменили. Затем продали и перепродали.

Отменить договор мены

Решение Енбекшинского районного суда О. Скуратова обжаловала в апелляционной коллегии по гражданским делам суда г. Шымкента. Он вынес новое постановление: удовлетворить иск инвалида о признании недействительным договора мены. Справедливость восторжествовала! Но бывшая хозяйка дома в переулке Улугбека, первая покупательница и нынешняя владелица однокомнатной квартиры О. Скуратовой направили кассационные жалобы в Верховный суд РК об отмене постановления апелляционной коллегии суда г. Шымкента от 25.10.2018 года.

Их рассмотрение прошло 3 апреля 2019 года по видеоконференц-связи в суде г. Шымкента — с чего я и начала этот материал. Были заслушаны все участники, их адвокаты и представители. Слово предоставили и С. Филипченко — инициатору договора мены. Любопытно, что когда судья Верховного суда уточнил: «Чего же он хочет?», тот неожиданно выпалил: «Вернуться в свою двухкомнатную квартиру». Почему, не объяснил. Остался открытым вопрос: зачем нужно было затевать эту чехарду с обменом квартир на жилой дом?

Как я уже написала, Верховный суд отменил постановление апелляционной коллегии по гражданским делам суда г. Шымкента, по которому договор мены признан недействительным. Судья Верховного суда Т. Ибрашев объяснил, почему. Основанием для отмены, по его словам, стало нарушение подпунк-та 5 части 4 статьи 427 Гражданско-процессуального кодекса РК. Специально его процитирую: «Решение не подписано судьей или подписано не тем судьей, который рассмотрел и разрешил дело». Претензий относительно нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, неправильного определения и выяснения круга обстоятельств, недоказанности обстоятельств, имеющих значение для дела, суд кассационной инстанции не выявил. По существу получается, что постановление апелляционной коллегии по гражданским делам суда г. Шымкента справедливое и объективное. Но на его подлиннике нет подписи судей, его вынесших. А ведь весь процесс фиксировался на видео. Сохранилась и запись оглашения постановления. Но решение суда первой инстанции подлежит отмене в любом случае, записано в ГПК, если решение не подписано судьей или подписано не тем судьей, который рассмотрел и разрешил дело.

Защита О. Скуратовой получила копию постановления судебной коллегии по гражданским делам суда г. Шымкента с подписью судьи А. Чокморовой, участвовавшей в рассмотрении апелляционной жалобы. Она заверила копию документа своей ЭЦП. Откуда было знать адвокату и представителю О. Скуратовой, что на подлиннике постановления суда отсутствуют подписи судей, его принявших. Это недоступно посторонним.

Кто прозевал четкое следование букве закона, в данном случае подпункту 5 части 4 статьи 427 ГПК? Не знаю, кто по долгу службы оформляет судебные документы, контролирует этот процесс. Есть специальная должность — секретарь судебного заседания. В канцелярии суда целый штат клерков, обязанность которых — наведение образцового порядка в документации. И когда поступил запрос из Верховного суда, почему туда направили неподписанный оригинал? Кто недоглядел надлежащее оформление судебного решения и спровоцировал отмену?

Придется начинать все с начала

До О. Скуратовой на процессе по видеоконференц-связи не дошла суть принятого кассационной инстанцией решения. Ее спасительница — доверенное лицо Татьяна Петровна — пока в растерянных чувствах. Но знаю, она обиженную Богом и людьми свою подопечную не бросит.

Татьяна Корецкая

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *