Человек из «Победы»

2 Авг 2017 12:15
Количество просмотров: 1308

…Была наслышана о бывшем председателе колхоза «Победа» в Тюлькубасском районе, который он возглавлял много лет. Награжден многими орденами, в том числе и орденом Ленина, после которого уже можно было давать звание Героя Социалистического Труда. Избирался депутатом Верховного Совета Казахской ССР.

Очень хотелось познакомиться с Терещенко и, напросившись в гости, приехала к нему домой в село Т. Рыскулова. Когда увидела его, поразилась моложавости, синеве глаз. Взгляд был цепким, всеобъемлющим. Подумалось, что он — как многолетний дуб, вросший корнями в землю, который запросто не согнешь.

Александр Иванович повел в сад, посаженный своими руками, угощал малиной, яблоками, поспевающим крендалем, что разноцветными шариками свисал с кустов. Я «купалась» в этом аромате спелых ягод и фруктов, цветов, распахнувших нежные разноцветные лепестки. Жужжали пчелы, собирая нектар. Запахи смешались в один ароматный букет. Не хватало только райских птиц. Но и от этого кружилась голова. Было хорошо, как в беззаботном детстве.

Сады вообще были в жизни Александра Ивановича особой привязанностью. Он любил сажать деревья. И наблюдать, как они приживались корнями. Сколько их было в его жизни, не подсчитано. Не так давно в Ордабасинском районе его сын Сергей, первый премьер-министр РК, а сейчас предприниматель, запустил проект интенсивных садов, назвав его в честь отца «Александровский сад». А в селе Т. Рыскулова старший Терещенко с несколькими помощниками обустроил парк, деревья для которого выбирал вместе с сыном. Сейчас он называется парком Независимости.

Во дворе у колодца, из которого испила холодную, до ломоты зубов, воду, стоял новенький «ГАЗик» — сын подарил отцу после его ухода на пенсию, чтобы тот ездил на нем на свою любимую рыбалку. И не скучал.

— А теперь прошу в дом, — пригласил Александр Иванович, — показав мне то, что, на его взгляд, представляло самое главное — обихоженную землю, сад.

В доме царили уют и прохлада.

Это был старый купеческий дом, которому от роду больше ста лет. Отсюда он уходил на войну.

Семья Терещенко родом из Винницы, откуда украинцы еще в 20-ые годы прошлого столетия в поисках лучшей жизни приехали в Ванновку (ныне — Рыскулова). Здесь в семье мельника Ивана Терещенко родились Алексей, Павел и Александр. Старшие сыновья погибли на фронте, а Александр вернулся с японской в пятьдесят первом. На Дальнем Востоке родился будущий первый премьер-министр независимого Казахстана. Его, двухнедельного, родители Александр Иванович и Тамара Ивановна везли в поезде много дней в Ванновку.

— Меня тянул Казахстан, — признавался Александр Терещенко, — в дом родной, где было очень хорошо. Когда ушел на пенсию, первый секретарь Тюлькубасского райкома партии Людмила Александровна Романова предложила переехать в новый дом. Даже шутливо пригрозила:

— Не переедешь, сами перевезем вещи в новый дом.

А он взмолился:

— Не мучь меня новым домом. Отдай тем, кто в нем больше нуждается. Останусь там, где жили мои предки. В саду растут деревья, посаженные моими родителями. Я пью воду из колодца, вырытого ими. Отказаться от всего — лишиться памяти и корней.

На пенсию его отпускать не хотели, хотя ему уже было 64 года. Собрание шло несколько часов — Терещенко просили не уходить, вспоминали, как работали с ним, какое было взаимопонимание. Он слушал людей, и каждое их слово трогало до глубины души и удивляло: «Неужели я такой?» Он никогда не ставил себя выше окружающих работяг, понимал, что вместе с ними делал свою и их жизнь зажиточной. В один год в его «Победе» пять человек, в том числе и он, были награждены орденами Ленина.

Председателем правления его избрали в шестьдесят втором. Колхоз был крепким. Но он помнил, что когда его принял, на счету было всего лишь 30 тысяч рублей, когда уходил — восемь миллионов. В отдельные годы рентабельность доходила до 70 процентов. Деньги всегда были в работе. В «Победе» никогда не ждали денег от государства: на всех участках колхоза построили за свой счет школы, медпункты, протянули водопровод. Появился Дворец культуры, стены которого расписали копиями картин художников-передвижников, поэтому колхозники ходили во дворец, как в Третьяковку. Он понимал людей, люди понимали его.

 — В колхозе было много немцев, — рассказывал Александр Иванович, — люди очень трудолюбивые, ответственные. Говорили: «Все дни работаем на совесть, а в воскресенье отдыхаем». А в селе, как вы понимаете, никаких выходных не может быть. Земли в «Победе» было 25 тысяч гектаров, несколько ферм с племенным скотом, полно подсобных производств. Каждая пара рабочих рук на вес золота.
Приехал вечером Терещенко к трактористу Оскару.

— На кукурузе был, — сообщает. — Вянет, поливать надо. А я думаю, черт с ней, пусть вянет.

— То есть как это «черт с ней»? Пускай все «горит»?- возмущается Оскар.

— Так ведь завтра воскресенье, вам надо отдохнуть, а кукуруза подождет, — гнет хитрую линию председатель.

— Извини меня, Александр Иванович, — рассердился Оскар,- но от тебя я такого не ожидал.

Утром немцы семьями вышли на полив.

— А в лоб ни один вопрос не решишь, — сказал старший Терещенко. — Надо всегда помнить, что простым работягам, как и тебе, не безразлично, в каких условиях жить. Надо дело поворачивать так, чтоб человек понял: он — самый главный, без него мир рухнет.

Это глупости, подчеркивал он в беседе со мной, что колхозное добро ничье, поэтому его легко можно раздать. Оно было нажито трудом, и не надо было все разрушать, чтобы потом бросить клич: «Объединяйтесь!»

Как он был тогда прав, но мудростью таких, как Александр Иванович Терещенко, не воспользовались. Спустя годы он с болью рассказывал, как уничтожали племенной скот.

— Когда услышал о забое, думал, сердце не выдержит. Мясо — в одну сторону, месячный плод коровы — в другую. Говорил им: «Да выведите скотину на базар, продайте, больше денег заработаете!» Происходило что-то необъяснимое. А мне до всего было дело, никак не мог выйти из той жизни, которой жил много лет, где каждая коровенка, яблонька не просто так появились в колхозе. Это был труд. Лет десять после ухода на пенсию реагировал на шум трактора. Выходил на дорогу и спрашивал у себя: «Куда это он едет?» А потом себя же успокаивал: «Ты ушел. Все». Но волнение долго не покидало. И, наверное, я так и останусь председателем колхоза, богатство которого я преумножил вместе с людьми, в котором за все надо отвечать. Ведь везде все родное, все прошло через душу, переживания.

 Осенним вечером ему позвонил знакомый и с волнением спросил:

— Александр Иванович, ты телевизор смотришь?.

— А что случилось?.

— Так вашего Сергея сделали премьер-министром Казахстана.

Александр Иванович тут же позвонил в Алма-Ату:

— Правда, сынок?

— Правда, отец.

Сергей Терещенко

Александр Иванович не спал всю ночь, представляя, какая тяжесть легла на плечи 40-летнего сына. Он пытался сравнивать свою председательскую ношу с премьерской и понимал, что тяжесть несопоставима. Из разрухи надо было поднимать страну. Это не колхоз. Как? Родители переживали, а сын успокаивал: «У Нурсултана Абишевича всегда есть прагматичные идеи, которые выведут страну из хаоса. Я навсегда в его команде».

Отец и сын Терещенко.

О таких, как Александр Иванович Терещенко, у людей долгая память. Она даже не в названии улицы. Если это случится, то будет справедливым. Он сам объяснил философию своей жизни. Но начал с преамбулы. Чем больше колодец отдает, тем больше в него прибывает — это философия природы. И потому этот источник во дворе его дома не иссяк за целый век. А философия жизни в том, что чем больше отдаешь себя людям, тем больше им остается. И в этом было счастье Александра Ивановича Терещенко.

Л.Ковалева

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *