В отделе образования Толебийского района за последние несколько лет сменилось несколько руководителей. С чем была связана эта частая смена руководства, было непонятно. Да и допытываться до истины никому не хотелось. Но регулярные изменения сказываются на психологическом состоянии не только работников аппарата районного отдела образования, но и, в первую очередь, коллективов всех учебных заведений района.
Последней на этот ответственный пост была назначена Ш. Нурабаева. Судя по биографическим данным, в педагогике человек не посторонний и знает о ней на профессиональном уровне. Ее предшественник Б. Тойлыбаев, помимо большого педагогического опыта, имел за плечами научные работы и являлся доктором педагогических наук, а ушел с поста в связи с достижением пенсионного возраста.
Работу на новом месте Ш. Нурабаева начала активно. К тому моменту жизнь в сельских школах кипела, и нужно было на ходу вливаться в этот ритм. Судя по постам в социальных сетях, ей это удавалось. Впрочем, мы решили, что задавать вопросы руководителю в тот момент, когда он только осваивается на новом месте, рановато, поэтому стали дожидаться окончания учебного года — тогда у работников школьного образования свободного времени появляется гораздо больше.
Отправляясь на встречу с руководителем отдела образования Толебийского района, мы подготовили вопросы. Все они были традиционными и касались в основном итогов учебного года. Единственное, что было решено не делать, так это не согласовывать время — внезапность в таких случаях всегда оправдывала себя. Прибыв на место к началу рабочего дня, первого руководителя не удалось застать, так как с утра было совещание в администрации района. Чтобы не терять напрасно время, решили для начала побеседовать с заместителем.
Кабинет Б. Жакипова находился на втором этаже административного здания отдела образования. Вахтерша в здание не пропустила, предложив заполнить журнал посетителей, а заодно оставить телефон, который она запрет в ячейке специально установленного на входе шкафчика. Услышав отказ оставить телефон, женщина поднялась на второй этаж, а по возвращении предложила пройти, назвав номер кабинета.
Бахыткали Турарулы сидел за компьютером. Разложенный на столе десяток бумаг с государственным гербом говорил об их официальном статусе. Узнав о цели визита, он предложил дождаться руководителя, который подробно сможет ответить на интересующие нас вопросы. Однако после того как я заметил, что в южных районах области чиновники более обходительные, Б. Жакипов согласился побеседовать.
Оказалось, что мой собеседник имеет большой опыт работы экономистом в администрации района. У него четыре диплома о высшем образовании. Последний документ — о высшем педагогическом.
— Вы знаете, что сегодняшний диплом не всегда соответствует профессиональному статусу владельца. Я не ошибусь, если скажу, что 75 процентов дипломированных специалистов не работают по указанным в их дипломах специальностям. Многие даже не имеют представления о полученной профессии, — сказал Б. Жакипов. — И это говорит не только об отсутствии какого-либо профессионализма, но и о моральных качествах обладателей дипломов. Не знаю, как в других сферах, но у нас такое положение всегда чревато опасными последствиями. Что может быть страшнее педагога-недоучки?!
Бахыткали Турарулы высказал несколько замечаний по поводу частых изменений в ведомственном подчинении отделов образования. Нелестно он отозвался и о практике, когда руководство районным образованием возлагают на местную администрацию. Такое положение часто приводит к манипуляциям со стороны акиматов по отношению к районным отделам образования и подведомственным им образовательным учреждениям в кадровых вопросах и финансировании. Для подкрепления своих слов он привел ряд примеров, когда работу учебных заведений лихорадило из-за необдуманных кадровых назначений.
В одну из сельских школ по настоянию районного акима без согласования с райотделом образования был назначен новый директор. Заняв кресло руководителя, тот решил, что имеет полное право осуществлять внутреннюю кадровую политику самостоятельно, не считаясь ни с многочисленными приказами Министерства образования и науки, ни с нормами морали. Он на свое усмотрение увольнял неугодных и принимал на работу по своему желанию. Но однажды очередная жертва, попавшая в немилость и находящаяся на грани увольнения, решилась защитить себя и написала в отдел образования жалобу, указав в ней все проступки руководителя: многочисленные факты, связанные с нарушением правил приема на работу и распределением часовых нагрузок среди учителей. На основании заявления районным отделом образования была проведена проверка. Ее итогом стала справка, которая полностью подтвердила наличие указанных в жалобе нарушений. Так, новым директором был принят на работу человек без педагогического образования, который вел занятия в классах и получал согласно часам зарплату. Один работник был временно принят вахтером, но в скором времени переведен лаборантом, а в начале следующего учебного года становится учителем русского языка и литературы. Или такой факт, когда работающий лаборантом в школе соседнего села человек параллельно становится учителем математики этой школы. Им были приняты учителя, работающие в других школах, но при этом у них нередко совпадали часы уроков, и получалось, что они не вели занятия. О каком качестве образования можно здесь говорить?!
Любой кадровый вопрос он решал с грубым нарушением приказа Министерства образования и науки РК №57, принятого в 2012 году, в котором говорится, что прием педагога на работу должен проходить исключительно по предварительно заявленному конкурсу.
На основании проведенной проверки было принято решение уволить его с занимаемой должности. Но не тут-то было. Этот директор обратился в трудовую инспекцию, которая обнаружила незначительное нарушение в сроках оформления приказа об увольнении. Затем последовал иск в суд. Сколько потребовалось терпения, чтобы довести дело до конца после последней инстанции — апелляционного суда!
А вот другой случай, когда руководитель района грубо нарушил закон, превысив свои полномочия. Посчитав, что учителя могут прожить без зарплаты, он дал указание вывести из бюджета отдела образования 2,5 миллиарда тенге и направить эти деньги в сельские округа на озеленение и благоустройство. Тогда каждому округу досталось примерно по 250 миллионов тенге. Что интересно, дальнейшая судьба этих миллионов неизвестна. А ведь отобранные у педагогов деньги — это их двухмесячная зарплата.
Тогда среди учителей началось недовольство, и, чтобы избежать социального взрыва, из областного бюджета на погашение задолженности было выделено 3,5 миллиарда тенге. Очередная схема по выманиванию бюджетных средств сработала.
А вот еще один сюжет о том, как решались кадровые вопросы. По просьбе коллеги из соседнего района аким дает руководителю отдела образования указание принять на работу женщину. Не желая конфликтовать с начальством, тот дает указание директору школы принять ее на работу. Последний издает приказ о временном зачислении в штат вместо ушедшего в декретный отпуск учителя русского языка и литературы. Однако у руководства школы появились сомнения в профессиональной пригодности новенькой, так как фактически она не знала русского языка, не владела даже разговорным. Тогда директор школы попросил бывшего учителя написать заявление о досрочном возвращении из декретного отпуска. Но принятая на работу наотрез отказалась освобождать место и на предложение руководства школы уволиться по собственному желанию обратилась с иском в суд. Поначалу судья предложила решить конфликт мирным путем и распределить ставку пополам, но, пообщавшись с заявителем, приняла решение отказать заявителю в удовлетворении иска. И здесь пришлось ждать окончания истории до вынесения решения последней судебной инстанции.
Сегодня, согласно постановлению акима области от 2021 года, районные отделы образования выведены из подчинения районных акиматов и стали самостоятельными. Что касается областного отдела образования, то это чисто ведомственное подчинение и в основном методологическое. Если раньше администрации района вмешивались в учебный процесс, обязывая учащихся принимать участие в различных общественных мероприятиях, и не считались со школьным расписанием уроков, то сегодня такого права у них нет. И занятия в школах идут согласно утвержденному учебному плану. Финансовая независимость определила их статус как самостоятельной образовательной организации с некоторыми оттенками территориального сотрудничества.
Конечно, приведенные выше примеры, когда районный акимат вмешивался в работу отдела образования в решении не только кадровых вопросов, но и финансовых, вызывают огорчение. Однако обиднее другое. За истекшие годы из районного бюджета не финансировалось обеспечение учреждений образования мебелью, техникой. Сегодня в школах района используются компьютеры, которым по 15-18 лет и которые из-за своей «древности» не поддерживают современные учебные программы. А ведь не секрет, что за семь лет эксплуатации производительность компьютеров сводится к нулю. И как обучать детей на такой технике?! Даже собственные гаджеты учащихся имеют большую разрешительную способность по сравнению со школьными компьютерами.
Сегодня 60 процентов школ района требуют полного переоснащения. А ведь существует специальный приказ Министерства образования и науки, касающийся норм оснащения оборудованием и мебелью дошкольных организаций и учреждений образования, а также специализированных организаций. Приказ-то хороший, только почему-то не работает на местах. Что это: очередная халатность чиновников или же нежелание исполнять то, что зафиксировано в государственном документе?
Во время беседы Б. Жакипов из груды официальных бумаг вытащил бланк с напечатанным текстом за подписью начальника районного отдела полиции. В письме говорится, что учащийся 10 класса одной из школ района при посещении мечети надел чужие кроссовки и скрылся (дело было 20.03.2026 г.). Конечно, юношу нашли благодаря записям с видеокамер. Но удивляет концовка письма, где полицейские настоятельно рекомендуют разобраться в этом вопросе и наказать классного руководителя и директора школы в дисциплинарном порядке за ненадлежащее выполнение своих обязанностей при воспитании детей. Интересно получается: крайними остались учителя. Хотя надо отметить, что данное деяние совершено в каникулярное время. А за что тогда отвечают родители? И почему школа и учителя остаются всегда крайними? Конечно, директор и педагог получили по взысканию, но какова роль общественности, родителей и тех полицейских, которые так же обязаны проводить профилактические мероприятия среди учащихся? Неужели так и будем искать крайнего, а не решать проблему детской и подростковой преступности? Нужно работать не ради галочки в отчетах, а на реальный конечный результат. Как говорил герой знаменитой комедии «Бриллиантовая рука», «главное — вернуть обществу полноценного человека». А привычка перекладывать ответственность с больной головы на здоровую мало поможет.
Глядя на ворох бумаг, лежащих на столе, Бахыткали Турарулы в сердцах высказал свое возмущение: «Мне надоело судиться со всеми. Теперь вот и полиция на очереди».
Берик Монтаев
Изображение создано с помощью ChatGPT
В наших соцсетях : Telegram-канал, Telegram-канал найдете много интересного, только важные и новые события! Наш Instagram. Подписывайтесь!