Н. Маллицкий: «Интересуюсь только географией Средней Азии»

2 Окт 2021 17:45
Количество просмотров: 1449

— Имя Николая Гурьевича Маллицкого, дальнего родственника Михаила Юрьевича Лермонтова, хорошо известно историкам, но, к сожалению, недостаточно другим категориям жителей Туркестанского края, что, конечно же, обедняет их, — говорит Х. Кичкембаева, архивист высшей категории областного государственного архива. — Николай Гурьевич — достойный пример честного служения науке, как бы сложно ни складывалась его жизнь. Особый интерес и удивление вызывает то обстоятельство, что ученый с мировым именем, доктор географических наук, профессор, заслуженный деятель науки Узбекской ССР,автор более чем 120 монографий по географии и этнографии несколько лет жил в Чимкенте и занимался научной деятельностью. Не по своей воле он оказался в нашем городе, понятно.

В биографии этого человека — редактирование самой популярной в крае газеты «Туркестанские ведомости». Многолетнее сотрудничество в этом издании, где публиковались ученые с мировым именем: Диваев, Бартольд, Берг, Лыков, Андреев и другие, позволило ему собрать богатейший материал для составления «Географической энциклопедии Средней Азии». Наше представление о Маллицком пополнилось документами, приобретенными облархивом в Центральном государственном архиве Узбекистана в рамках государственной программы «Культурное наследие».

Н. Маллицкий родился в 1873 году в Оренбургской области. Среднее образование получил в гражданской гимназии, которую окончил с золотой медалью. Вот что есть в архивной справке, заполненной Маллицким: «Еще в детстве я стал увлекаться географией, в частности, географией Средней Азии… В старших классах гимназии работал над изучением богатых естественно-исторических коллекций по Средней Азии. Для поступления в университет у меня не было средств, так как я жил последние годы в Оренбурге без родителей. По окончании гимназии поступил в закрытое высшее учебное заведение на историко-филологический факультет (г. Санкт-Петербург — авт.). Администрация института предназначала меня к оставлению при институте для подготовки к профессорскому званию по истории эпохи эллинизма, то есть распространения греческого влияния на Западную Среднюю Азию. Однако я, интересуясь больше географией Средней Азии, предпочел принять скромное место преподавателя истории и географии в Туркестанской семинарии, куда и прибыл в августе 1895 года».

Н. Маллицкий с супругой Ольгой и ее отцом Н. Остроумовым.

Маллицкий окончил институт с золотой медалью. Сразу же по прибытии в Ташкент он вступил в общество любителей археологии, организованное Николаем Петровичем Остроумовым, директором мужской гимназии и одновременно заместителем главного инспектора народных училищ края.

Судьба крепко свяжет Николая Гурьевича с семьей Н. Остроумова. На одном из вечеров для местной элиты он увидит Ольгу, дочь Николая Петровича. Молодые люди сразу же влюбились друг в друга и прошли вместе долгую и нелегкую жизнь. Ольга Николаевна была очень образованной женщиной. Она окончила в Санкт-Петербурге историко-филологическое отделение Высших женских (Бестужевских) курсов, была коллегой, помощницей мужа в его деле.

Однако деятельность Маллицкого не ограничивалась учительством. За свой счет он провел несколько экспедиций в Казахстан и Киргизию, результатом которых стало издание в 1924 году солидного научного труда «Ягнобцы», где дана исчерпывающая и всесторонняя характеристика народности, о которой науке того времени не было известно (копия рукописной работы хранится в областном государственном архиве). По словам Х. Кичкембаевой, эта работа ученого одна из востребованных, особенно среди историков.

Был Николай Гурьевич создателем и многолетним руководителем Туркестанского отдела Императорского русского географического общества.

Н. Маллицкий в Ташкенте стал активно изучать языки, которые ему давались легко. «Рустам учил меня узбекскому языку, а я его — русскому», — писал Николай Гурьевич о своем учителе.

Маллицкий владел таджикским языком до такой степени, что издал двухтомник «География Таджикистана», для подготовки которого необходимо было изучение многочисленных документов, общение с местными жителями на их языке. Легко выучил он также несколько европейских языков, что послужило в какой-то степени приглашением его на профессорскую должность на восточный факультет Среднеазиатского университета. И это приглашение было весьма кстати. С мужской гимназией он уже давно расстался по принципиальному случаю…

Учебное заведение посетил генерал-губернатор Туркестанского края, командующий войсками Туркестанского военного округа Алексей Николаевич Куропаткин. На уроке истории генерал спросил ученика, знает ли он фамилию русского генерала, завоевавшего Среднюю Азию. Ответа, возможно, от волнения гимназиста

Куропаткин никакого не получил, после чего с возмущением спросил: «Кто вам только преподает историю?». Об этом узнал Николай Гурьевич, преподававший историю в гимназии. Маллицкий потребовал у Куропаткина, чтобы он извинился перед ним за несправедливое утверждение, что он плохой преподаватель. Это вызвало у самого генерал-губернатора, а также руководства гимназии шок: как смеет Маллицкий требовать извинений у столь высокопоставленного военного?

Куропаткин, возмущенный, как он считал, наглым поведением учителя, уехал из гимназии, не объяснившись с Маллицким и не извинившись. После этого Николай Гурьевич покинул стены гимназии.

Групповая фотография чиновников Туркестанского генерал-губернаторства.

Николай Гурьевич был человеком с характером, отстаивающим свою точку зрения. Он всегда был склонен говорить правду и не отступал от нее, что порой отражалось на его отношениях с властью, и страдал от этого.

Но бывает нередко так, что для получения объективной информации пользуются такими честными, принципиальными людьми, каким был Маллицкий. Генерал-губернатор края Деан Иванович Субботич отправил в Бухарский эмират, протекторат Российской империи, Маллицкого и еще одного сотрудника, чтобы они изучили жизнь местного населения. Николай Иванович легко нашел общий язык с местным населением, которое указало ему на наличие в эмирате зинданов, что было нарушением условий существования протектората. Узнав об этом, бухарский эмир выразил протест царскому правительству, что стоило должности Субботичу и Маллицкому, главному редактору газеты «Туркестанские ведомости», газеты популярной в крае, в том числе и за счет публикации материалов известных исследователей Туркестана.

Жизнь ученого, судя по материалам архива, была отнюдь не сладкой. Одно дело, когда он лишался должности, но его еще трижды арестовывали. Произошло это уже после распада Российской империи и установления советской власти.

Первый раз Маллицкого арестовали в 1919 году после мятежа под руководством военного комиссара Туркестанской Советской Республики в Ташкенте, бывшего прапорщика Осипова. 22-летний военком намеревался свергнуть советскую власть и установить собственную диктатуру. Ничего у него из этого не получилось, и Осипов, прихватив золотой запас республики, вывел отряд из Ташкента и направился в Чимкент. (Для тех, кто интересуется подробностями, как чимкентцы обороняли город, отношу к очень интересным документам, которые хранятся в облархиве).

Осипов ушел с отрядом, а Маллицкого арестовала местная ЧК по подозрению в поддержке мятежников. Просидел он в ЧК 16 дней, но потом был освобожден по ходатайству известных людей города. Ведь в биографии Маллицкого была еще должность городского главы, которую он честно исполнял. И она была выборной, что говорит об уважении местного населения, ценившего в Николае Гурьевиче порядочность и честность. Они приложили все усилия, чтобы очистить его от злых наветов относительно поддержки мятежников и освободить из-под стражи.

Второй арест Маллицкого был в мае 1931 года за принципиальное несогласие со специалистами Госплана СССР в вопросе, с чего надо начинать строительство электростанции на реке Вахш в Таджикистане. Но вскоре Николая Гурьевича освободили.

Третий арест был тоже в 1931 году. Но уже по 58-ой статье УК РСФСР в группе ученых САГу. Избежать наказания было невозможно: обвинение было направлено против идеологических основ государства.

Уголовное дело известно как «Дело одиннадцати профессоров», в числе которых были преподаватели восточного факультета — этнографы, географы, исследователи Средней Азии. Их имена были хорошо известны в мировом научном сообществе еще во времена Российской империи. Но это не помогло им спастись от репрессий. Они были обвинены в «срыве работы в области подготовки кадров советских специалистов, противодействии советизации преподавательского состава и введении общественно-политических дисциплин и марксистско-ленинской методологии». Во время следствия московский следователь ОГПУ с издевкой спросил у Николая Гурьевича:

— Вы, конечно, в восторге от советской власти?

— Не во всем, — честно ответил ученый, — но я стою за свободу мысли и за свободу совести!

Маллицкий был приговорен к ссылке. Ему было предложено отправиться на три года в ссылку в один из 12 крупных городов. Он решил ехать с женой в Чимкент, ближе к Ташкенту, где у него оставались друзья и коллеги.

«Годы, проведенные в Чимкенте, были для меня очень трудными, — вспоминал Маллицкий, — особенно вследствие тяжелой болезни жены. Но годы эти не пропали для меня даром. Служа экономистом в Южно-Казахстанском облводхозе, я имел поручение привести в порядок архивы этого учреждения и извлек оттуда интереснейшие сведения по гидрологии и географии области».

Россыпи ценнейших документов так увлекли Маллицкого, что он стал забывать об основной своей должности экономиста. Работая в облводхозе, он вернулся к капитальному труду, которому в итоге посвятил много лет своей жизни, — о водных ресурсах Средней Азии.

Народность ягнобцы, которой посвятил научный труд Н. Маллицкий.

Между тем положение в его семье оставалось бедственным. Он брался за любую работу, лишь бы купить буханку хлеба. Кроме работы в облводхозе, по договоренности с органами ОГПУ (удивительная милость по отношению к Маллицкому) он читал лекции студентам по гидрологии и ирригации в Чимкентском хлопково-ирригационном институте, пока его не закрыли.

Через много лет, вспоминая о годах, проведенных в Чимкенте, Николай Гурьевич удивлялся, как ему удалось выжить, загружая себя работой. Он ни разу не выспался как следует за все годы ссылки: приходилось занимать с 12 часов ночи очередь за хлебом. Но он продолжал работать, систематизируя, анализируя найденные материалы, учил специальности будущих ирригаторов Южного Казахстана. И в этом он проявил себя как истинный ученый, нацеленный на достижение результата.

Время его ссылки совпало с голодом в Казахстане. Вот что он написал в воспоминаниях: «Свои кольца уже снял, а на днях снесу шесть чайных ложек, которые вытянули на рупь 99 копеек, а килограмм картофеля стоит семь рублей… Трупы на улицах и дорогах были обычным явлением. На улицах голодные выхватывают из рук прохожих хлеб».

Как мог помогал Борис Петрович Тризна, организатор Аксу-Джабаглинского заповедника, живший в Чимкенте по адресу: ул. Полторацкого, 7. Иногда он, сам бедствуя, привозил Маллицким для больной Ольги Николаевны то молоко, то фрукты.

С Тризной Николай Гурьевич был знаком еще по Ташкенту, в Чимкенте они сблизились на почве общей привязанности к краю, в котором жили.

Была еще связь, вызванная тем, что территорию будущего заповедника исследовали коллеги Маллицкого. Не исключено, что собранные Маллицким материалы помогли им немало.

По истечении срока ссылки Николай Гурьевич вернулся в Ташкент, но началась перепрописка, которой не подлежали лица, отбывшие уголовное наказание. Он лишался права «повсеместного жительства на территории СССР», как и остальные фигуранты дела об одиннадцати профессорах.

Он написал письмо в СНК СССР, что «выселение меня из Ташкента поставит в безвыходное положение мою больную жену 62-х лет, которая не может ходить и нуждается в посторонней помощи даже для того, чтобы сесть или повернуться на постели».

Имя ученого Маллицкого, к счастью, сыграло свою роль в оставлении его в столичном городе, где он мог продолжить научную деятельность и создать нормальные условия для любимой супруги.

В начале Великой Отечественной войны штаб Среднеазиатского военного округа обратился к нему с просьбой составить для авиации «Описную физику географических районов Средней Азии». Несмотря на то, что Маллицкий был уже человеком весьма преклонных лет, он согласился выполнить эту работу. Штаб выделил ему открытый самолет, в котором вместе с пилотом летал ученый. Маллицкий завершил работу в 1942 году. Он категорически отказался получать деньги за выполненную работу. «Я делал ее для Победы», — сказал он.

Один из самых значительных трудов Маллицкого — «Динамика водных ресурсов Средней Азии», которым до сих пор пользуются специалисты в разных странах мира. Эту работу ученый направил в Москву на соискание степени доктора наук, но она была затеряна и найдена только в 1945 году.

Умер Н. Маллицкий 31 октября 1947 года. Предчувствуя конец, он сказал: «Зла я никому не делал, делал, может быть, только нечаянно». Но жил он так, как подсказывала ему совесть, честно исполнял свой долг ученого. Оставил Маллицкий огромное научное наследие, которым пользуются до сих пор.

В память о Николае Гурьевиче Маллицком один из ледников Тянь-Шаня назван его именем.

 

Людмила Ковалева

 

В нашем Telegram-канале  много интересного, важные и новые события. Наш Instagram. Подписывайтесь!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *