Слышали звон, но…

Слух о том, что в первом микрорайоне города Ленгера в одном из жилых домов обрушился карниз и при этом пострадали дети, и не просто дети, а сироты, получившие по социальной программе в новых домах квартиры, быстро стал заполнять городское информационное пространство, обрастая новыми подробностями. С очередным телефонным звонком дошел он и до нас. Звонивший с тревогой в голосе сообщил, что это не единичный случай, связанный с многоэтажками, где качество строительства желало быть лучше.

Первым помощником в таких случаях обычно становится телефон. Звонок к городским общественникам до конца не прояснил ситуацию. Но они рассказали, что летом был случай, когда на игровой площадке в первом микрорайоне пострадал ребенок, а в декабре в одном из двух домов, построенных на территории бывшей трикотажной фабрики, произошел случай, при котором так же пострадал ребенок, но всех подробностей они не знают. С этим скудным багажом собранной информации мы отправились в Ленгер.

Последние несколько лет в этом городе, который попутно является административным центром Толебийского района, жилищное строительство идет быстрыми темпами. Каждый год в эксплуатацию сдается по несколько тысяч квадратных метров жилья. Однако со стороны жильцов, заселившихся в новостройках, поступают многочисленные жалобы не только на качество строительства домов, но и на отсутствие условий для качественного проживания в них. В первую очередь это относится к непродуманной и не доведенной до логического конца инфраструктуре. Особое место в претензиях к застройщикам занимают вопросы канализации и благоустройства придомовых территорий.

Чтобы избежать ажиотажа по поводу распространяющихся слухов, редакция провела собственное расследование.

Два четырехэтажных дома, выкрашенных в ярко-желтый цвет, видны издалека. Построенные на месте бывшей фабрики, они стали украшением района, который горожане называют между собой «пятый аул». Именно здесь и произошел тот случай, который встревожил жителей небольшого города. Между двух параллельно построенных друг к другу домов имеется просторный заасфальтированный двор. Однако царившая здесь непривычная для многоэтажек тишина вызвала сомнение, что в них кто-то проживает. Лишь когда на небольшой балкон на первом этаже вышла пожилая женщина, вопрос, с кого начать опрос, отпал.

— Я пожилой человек и ничем не могу вам помочь, — сказала женщина, запирая дверь. — Вы лучше поговорите с нашим домкомом. Она проживает в соседней квартире.

Постучав в указанную дверь, стал ждать ответа. Через несколько минут она отворилась, и на пороге квартиры появилась средних лет женщина.

— Здравствуйте. Вы председатель домового комитета? — спросил я. — Я по поводу одного случая, произошедшего во дворе вашего дома.

— Проходите в квартиру, — отступила она, пропуская меня внутрь. — Это было в декабре, и действительно тогда пострадала девочка. Конечно, этот случай можно было списать на случайность, но в жизни не бывает случайностей.

В дальнейшей беседе А. Калдыбаева рассказала, что подъездный карниз обрушился на голову девочки по вине подростка, который, придя в гости к своему другу, решил, играя, повиснуть на нем. Обрушение произошло именно в тот момент, когда проходила девочка. В тот же день приехала «скорая помощь», которая ее увезла. Побывали сотрудники полиции и районного отдела по ЧС. На этом инцидент закончился.

Однако из дальнейшего рассказа выяснилось, что эти два дома предназначались для многодетных семей, инвалидов и воспитанников детских домов. Но на сегодняшний день из имеющихся 120 квартир заселено лишь несколько. А в соседнем доме, где жилье должны были получать воспитанники детских домов, почти все квартиры пустуют. Первые жильцы справили новоселье в марте прошлого года и сразу же столкнулись с массой проблем: протекала кровля, подвалы заливались дождевой водой, не было газа, электричество подавалось с перебоями. Хотя в основном здесь проживают многодетные семьи, во дворе нет детской и спортивной площадок.

После нескольких коллективных обращений в районную администрацию некоторые недостатки удалось устранить. Что касается канализации, то для удобства жильцов построили септик, который мало пригоден для таких сооружений. По этой причине в первые месяцы жильцы этих домов не имели возможности полноценно пользоваться благами цивилизации.

И здесь напрашивается резонный вопрос по поводу приема комиссией в эксплуатацию объектов, имеющих массу недостатков и не соответствующих требованиям. Во дворе нет освещения. А ведь в каждой семье по пятеро и более детей, которые возвращаются из школы в сумерках, и во избежание неприятностей матери встречают своих детей за территорией домов. Местные власти не организовали общественный транспорт, на котором учащиеся могли бы ранним утром уезжать на занятия и вечером, не боясь, возвращаться домой. По этой причине родителям приходится привлекать лиц, занимающихся частным извозом. Постоянные обращения к их услугам ощутимо бьют по бюджету многодетных семей, где в каждой по несколько учеников. Нет условий для передвижения инвалидов. Сделанные в виде двух направляющих из тяжелого швеллера металлические пандусы не соответствуют требованиям. По ним даже физически здоровый человек с трудом сможет закатить коляску с инвалидом.

После высказанных претензий в адрес подрядчиков и заказчиков, строивших и принимавших эти два дома в эксплуатацию, мы снова вернулись к вопросу о произошедшем в декабре прошлого года случае.

— Эти установленные над входом в подъезды металлические карнизы были прикреплены к стене некачественно, даже, можно сказать, кое-как. Они могли упасть от ветра, а тут ребенок повис на них. Мы несколько раз просили подрядчиков укрепить их вертикальными стойками, это было сделано лишь после того, как произошел этот случай. Как в той пословице, что «мужик не перекрестится, пока гром не грянет», — сказала А. Калдыбаева.

Потом назвала номер квартиры, где проживает пострадавшая, и добавила: «Они с утра бывают дома».

В просторный коридор квартиры выбежала с любопытными взглядами детвора. Усевшись на дорожке, ребятишки внимательно слушали.

— В тот день пострадала моя дочь, — стала рассказывать о случившемся Анара Калмуханбетова. — Вечером она вышла из дома, чтобы навестить подругу, а когда проходила мимо соседнего подъезда, неожиданно на ее голову обрушился подъездный карниз, на котором играл подросток. Дочь получила травму головы, неотложка увезла ее в Ленгерскую городскую больницу, где поставили диагноз «сотрясение головного мозга». У ребенка резко пропал слух, нам посоветовали сделать МРТ. В районной больнице эту услугу не смогли предоставить, поэтому пришлось срочно ехать в Шымкент. Насколько мне известно, с таким диагнозом обычно сразу госпитализируют. Нам же пришлось сдать массу анализов, и лишь на днях, почти через месяц, нам предоставили эту возможность. Что касается мальчишки, то он тоже пострадал, у меня нет к нему претензий. Ведь я мать шестерых детей и понимаю состояние его родителей. А вот к строителям масса претензий. Сколько раз мы просили их закрепить эти карнизы, но они наши просьбы оставляли без внимания. И лишь после этого случая укрепили карнизы стойками. Неужели это нельзя было сделать раньше, когда мы их просили? Видимо, наступать на одни и те же грабли у них стало привычным делом.

Изучив во всех подробностях данный случай, мы пришли к выводу, что действительно случайностей не бывает. И за каждой малой или большой трагедией всегда стоят равнодушие, безответственность и халатность. И если мы не начнем сегодня с ними вести борьбу, то они, как страшная болезнь, своей паутиной окутают наше общество.

Берик Монтаев