В душе Татьяне снова 18…

1 Ноя 2017 15:39
Количество просмотров: 783

 Скромно, без лишней помпезности, но при полном зале поклонников и множестве цветов и подарков в Шымкенте прошел юбилейный концерт известной исполнительницы казахских песен и кюев, заслуженного деятеля РК и обладательницы ордена «Парасат» Т. Бурмистровой «Возраст женщины — 18…». Будучи родом из южноказахстанского села Алгабас Байдибекского района, она решила начать свое турне по городам Казахстана, посвященное 60-летию, именно с родных краев.

В первую очередь, знаменитую землячку принял аким области Ж. Туймебаев. Он отметил, что с большим почтением и уважением относится к казахскому искусству и творчеству Татьяны, добавив, что ее выбор — пример для всей многонациональной независимой страны.
А в областном русском драматическом театре ее уже ждали знакомые, коллеги по музыкальному цеху и просто ценители настоящего казахского народного фольклора.

Почти двухчасовой концерт Бурмистровой прошел на одном и очень возвышенном дыхании. Знаменитые кюи звучали как в ее сольном исполнении, так и в сопровождении оркестра казахских инструментов «Сугир» областной филармонии им. Ш. Калдаякова. Послушать ее проникновенные песни и вручить памятные подарки пришли заместитель акима ЮКО У. Садибеков и аким Шымкента Г. Абдрахимов. И хотя творческий вечер сопровождали фотовыставка и документальный фильм о самых ярких моментах жизни и творчества юбилярши, послушать ее воспоминания во время личной встречи оказалось куда интереснее.

Татьяна снискала славу певицы в… два года. Она выступила с песней «Огонек» в клубе села Чаян, где силами местных жителей был подготовлен концерт к Международному дню защиты детей. Первой в своей жизни партии аплодисментов ей показалось мало. И после выступления очередной участницы она вновь забралась на сцену, на этот раз с казахской песней «Камажай». Увидев ее, секретарь райкома партии (кстати, будущий свекор Татьяны) сказал: «Эта девочка будет артисткой». И его слова оказались пророческими.

— Однажды в 10 лет я заболела, и папа, пожалев меня, спросил, что купить мне в подарок, — вспоминает певица. — Попросила домбру, а получила… бирюзовый перламутровый аккордеон. Глаза мои загорелись, я очень любила музыку. С таким удовольствием его развернула, а свернуть не смогла. Сил не хватило. И тогда я снова попросила домбру. Отец купил.

Маленькая Таня тут же поставила себе цель научиться играть на ней кюй. Соседская девчонка, которая ходила в музыкальную школу, показала ей «Келиншек» Курмангазы. Начались бесконечные домашние репетиции в закрытой комнате. Старшие сестры девочки злились от этого многочасового монотонного бренчания и от того, что она совсем забросила все домашние обязанности. Зато этот кюй был единственным специально разученным за все творчество Татьяны. Все остальные она вплоть до сегодняшнего дня подбирает сама, опираясь лишь на свой безупречный музыкальный слух. Да и песни, признается, поет не так, как принято, а по состоянию своей души, так, как ее сердцу хочется именно в тот момент.

В феврале 1976 года Татьяна, на тот момент уже студентка медицинского института, впервые появилась на экране в передаче «Алтыбакан». После телевизионного выступления ее сразу автоматически зачислили в консерваторию и эстрадную студию. Уникальный по тем временам случай! Но совмещать несколько учебных заведений было выше ее физических сил. Пришлось сделать выбор под напором родителей в сторону медицины. Уже много лет спустя, окончив институт и даже проработав врачом пять лет, она все же поняла, что свернула не туда. И ее все время тянет назад, к творчеству, народному фольклору, красивым мелодичным песням с глубоким смыслом.

— А как могло быть иначе, если музыка окружала меня с раннего детства, — то ли вопрошает, то ли утверждает моя героиня. — Ребенком я любила слушать Жамал Омарову по радиоприемнику, он у нас работал сутками, потому что телевизор смотреть было некогда: в колхозе работал и стар и млад. Каждое утро в шесть часов она так пронзительно пела песню «Отан» («Родина»), что мне тут же хотелось встать и пойти на защиту Отчизны, хотя в том возрасте я плохо представляла, что это такое. Вообще, само понятие «Родина» было для нас с детства каким-то особенным, а в устах Омаровой с ее сильным голосом оно было наполнено чувством безграничного патриотизма.

А в начале 60-х, будучи школьницей, Татьяна приобрела пластинку Ляззат Суюндиковой — на тот момент известной певицы, позже эмигрировавшей во Францию. Именно ее своеобразное исполнение казахских народных песен и кюев и вдохновило девочку научиться играть на домбре. Музыкальный слух и голос Татьяна, как и ее сестры, унаследовала от мамы. Вечерами, собираясь за одним столом, они часто пели хором. И это было так прекрасно и в то же время так привычно для того времени — пели по вечерам тогда почти в каждой семье.

— Я часто думаю: «Ну все, наверное, пора остановиться, надо красиво уйти со сцены. Сейчас много молодых артистов, раньше такого изобилия не было. И у каждого свой зритель, свой слушатель, навязывать кому-то фольклор, мои обрядные песни глупо», — делится Татьяна Николаевна. — Но тут же понимаю, что пою красивые песни, и к ним невозможно не тянуться, не желать их слышать. Сегодня даже среди фольклорных много тех, которые, к сожалению, забываются, не исполняются. А ведь в них такие смысл и мудрость заложены! А то, что нынче возводят в ранг великого искусства, меня по большей части огорчает. Так, к примеру, я никогда не понимала живопись авангардистов.

Помню, во времена моего студенчества на слуху у всех звучало имя популярного по тем временам художника-авангардиста Сергея Калмыкова, автора так называемого фантастического экспрессионизма. И когда после аспирантуры я впервые пришла в психиатрическую больницу и больные стали рисовать похожие картины, я пришла в полный ужас. Это что же творится в душе и голове человека, чтобы выразить такие мысли на бумаге! Так и в музыке сегодня. То, что порой исполняется на сцене, походит на умственное помешательство. Поэтому своими песнями мне хочется вернуть людей к истокам ясного сознания и чистой красоты. Вот почему после моих концертов зрители не спешат расходиться по домам, желая поделиться полученными эмоциями друг с другом, обсудить услышанные в моих старинных песнях простые человеческие истины. И мое турне к 60-летнему юбилею — далеко не последнее, не прощальное. Как говорится: «Ел қарсы алса — елге баруға дайынмын» («Если народ готов принять меня, я готова к встрече с ним»).

Оксана  Сингурова

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *