Здесь примут, даже когда нет мест

16 Окт 2018

«Ну не могу я повесить на дверь объявление: «Мест нет!», — сетует директор кризисного центра «Комек» для женщин, пострадавших от насилия, М. Жусупова, сталкиваясь с очередным наплывом несчастных постоялиц. Сегодня здесь живут 30 женщин с детьми разного возраста — всего 64 человека, но количество может измениться в любой день или даже ночь.

Одно ясно точно: кризисный центр, о необходимости которого не один год говорили на всех уровнях, оказывает действительно реальную помощь пострадавшим женщинам в самое трудное время, когда рассчитывать им не на кого. Редакция «ЮК», в свою очередь, с готовностью помогает центру и его постоялицам, призывая всех неравнодушных не оставаться в стороне. Милосердие общества, даже при существующей поддержке государства, еще никто не отменял. Помощь центру может быть разной. Женщины и дети нуждаются в одежде и обуви, можно привезти продукты питания, детские смеси, памперсы, игрушки: то, что собрали сотрудники редакции, разошлось мгновенно. Здешним мамочкам нужна работа, а многим — прежде получение профессии. Владельцы частного бизнеса могли бы оказать реальную помощь в этом. Нуждается центр и в няне, которая за небольшую плату будет присматривать за теми малышами, чьи матери работают. Если у женщины появляется постоянный доход, то Малика Абдрашевна приступает к поиску недорогого съемного жилья поблизости, ведь каждое койко-место на учете. «Но даже в этом случае на произвол судьбы мы женщину не бросаем, всегда на связи, оказываем нужную помощь», — поясняет она.

Одним словом, здешние мадонны с младенцами, вдоволь хлебнувшие унижений, побоев, лишений и голода, будут рады любой искренней помощи, вниманию и заботе.

История каждой полна болью и обидой, страхом за себя и детей. Жить негде и не на что. Но женщины не опускают рук, отчаянно цепляются за жизнь, за малейшую возможность выкарабкаться.

Кризисный центр «Комек» открылся в августе 2017 года. В этом году на его содержание из республиканского бюджета выделено 10,5 млн. тенге, из областного — 12 млн. тенге.Телефон кризисного центра «Комек» 35-75-39.

Жанара, 30 лет. В 2005 году переехала из Узбекистана в Жетысай. Родители умерли, родных не было. Спустя время появился в ее жизни муж, который, впрочем, не собирался официально регистрировать брак. Скитались вдвоем по съемным домам, работали где придется. Два с лишним года назад родила сына. Отец ее детей исчез, когда она забеременела вторым. В поисках лучшей жизни Жанара отправилась в Шымкент, где прибилась к одной из мечетей. В кризисный центр, чей адрес подсказали добрые люди, пришла уже на сносях. Отсюда и поехала в роддом. Сейчас живет здесь с двумя сыновьями. Нашла работу дворника на рынке «Бекжан», теперь ломает голову над тем, куда пристроить детей. Малика Абдрашевна умудрилась найти отца ее сыновей, но все призывы к совести остались тщетны.

Анара, 22 года. С рождением второго сынишки, которому нет и сорока дней, немного воспрянула духом. Родилась Анара в Сузакском районе, потом училась в Алматы. Отец детей жениться на ней не пожелал, сказав, что все было ошибкой. А возвращаться ей некуда: мама вышла замуж во второй раз, и старшая дочь с двумя детьми на руках были не нужны. Пособие на рождение ребенка Анара, как и все ее сестры по несчастью, оформить не может: нет прописки. На нет и суда нет, говорят чиновники, разводя руками. Несмотря на то, что пособие — единственный источник дохода для нее.

Айгерим, 33 года. Когда ее пятилетняя дочурка Кулянда вошла в комнату с огромным желтым зайцем — эта игрушка из кучи привезенных нами приглянулась ей сразу, — то глазки ее сияли от удовольствия. Увидев слезы матери, рассказывающей о своих бедах, малышка тут же разревелась. Когда плачет мама, никакой заяц уже не радует.

— Младшему недавно исполнилось два года. Родился с букетом диагнозов. Стала лечить, ходить по врачам. Но денег на это муж давал все меньше, а свекровь и вовсе заявила, что зачем тратиться на ребенка, который все равно умрет. После этих слов оставаться в семье, где я и мои дети были не нужны, где мы терпели унижения, было невозможно, — Айгерим заливалась слезами, рассказывая о том, что пришлось ей пережить.

А своего Ансара, пусть и к двум годам, она все же поставила на ноги. Малыш пошел, но нуждается в дальнейшем лечении, в том числе операбельном. Айгерим — одна из немногих здешних обитательниц, которая может рассчитывать на алименты со стороны законного отца детей. Собирает с юристом центра документы для подачи иска и очень надеется, что суд сможет образумить нерадивого мужа, который добровольно содержать родных детей отказывается.

Азиза, 18 лет. Еще одна постоялица центра, поступившая без документов. Но в ее случае запись в РАГСе имеется. Мать и парень, от которого она забеременела, отправляли ее на аборт, а девушка родила вопреки. Чудный сынок, словно зная, кому обязан жизнью, не может выдержать даже пятиминутной разлуки с мамой. Будто утешая ее, слизывает с щеки соленые мамины слезы.

— С обучением и трудоустройством поможем — и все будет хорошо! — успокаивает Азизу Малика Абдрашевна.

Сезим, 24 года. Вся ее жизнь не благодаря, а вопреки. Родилась в Уральске, родителей не помнит. Мать отказалась от нее практически сразу после рождения. Неизвестным образом малышка попала к женщине, которая растила юных девственниц для притонов. В восемь лет сбежала оттуда со старшими девочками. Добрались до Шымкента. Город ей понравился жалостливыми к сиротке людьми. Торговала на улице, ночевала на вокзале. Два года назад родила сына, отец которого из ее жизни исчез практически сразу. Документов нет ни у нее, ни у ребенка. Сезим предпринимала попытку установить факт своего рождения, но в архиве загса Уральска сведений о ней не нашли.

— Я работящая, чистоплотная. Где только ни трудилась! Правда, читать и писать не умею, в школе не училась, — признается Сезим.

Официальному трудоустройству мешает отсутствие документов. В центр Сезим с ребенком на руках привезли сотрудники миграционной полиции, обнаружив ее во время рейдов. Сами выхода из ситуации не нашли, хотя по сути это их прямая обязанность, а к Жусуповой привезли, мол, выкрутится как-нибудь и решит проблему.

Молдир, 29 лет. Мама пятерых детей. Младшему всего три месяца. Побои пьяного мужа окончательно убедили Молдир, что нужно уходить. В полицию не обращалась в страхе, что за такое он точно убьет. Весь ее доход сегодня — пособие в 31 тысячу тенге на шестерых. Радуется и этому, ведь прежде эти деньги забирала свекровь.

Истории, одна за другой, просто поражают полной безысходностью.

Разобраться с этой безнадегой — дело не из легких. Но для М. Жусуповой в этом нет ничего удивительного, бывало и хуже.

— Так много сегодня мужчин, не готовых нести ответственность за семью, что диву даешься. Им проще расписаться в собственном бессилии, невозможности прокормить жену и детей, чем искать источник дохода. Инфантилизм этот порождают в них родители. А жена с детьми остается с проблемами один на один, — с горечью за подопечных говорит Малика Абдрашевна. — Помогаем с получением документов, профессии, поиском работы, детей устраиваем в школу, ставим на медицинский учет. Многие ведь не получали никаких прививок. Но главное — вытащить женщин из этого беспросветного болота, дать им шанс на нормальную жизнь. А это гораздо сложнее.

Алиса Масалева
фото автора

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *