«Скрыл встречу с Троцким в Алма-Ате»

9 Авг 2023 14:24
Количество просмотров: 1241

За что и был расстрелян облвоенком, обвиненный по нескольким пунктам 58-й статьи УК РСФСР

Внутрипартийные распри, которые происходили после смерти В. Ленина, поставили Льва Давидовича Троцкого (Лейба Бронштейн), наркомвоенморя и председателя реввоенсовета молодой республики, в жесткую оппозицию Сталину. В сущности, шла борьба за власть.

Л. Троцкий с женой в Алма-Ате.

Троцкий — соратник Ленина — был весьма популярным человеком в партии, что не позволило Сталину использовать в отношении своего активного оппонента более суровые методы борьбы, а остановиться на высылке в далекий от Москвы город Алма-Ату.

Троцкого исключили из партии, сразу же выселили из квартиры в Кремле. Уезжать из столицы, где было много соратников, Троцкий не хотел, он сопротивлялся. Но 18 марта 1928 года три сотрудника ГПУ на руках донесли его до вагона, что стоял на Ярославском вокзале.

В Алма-Ате Троцкий был также активен: вел переписку со своими соратниками, читал газеты, писал статьи, организовал в городе штаб, деятельность которого расценивалась как подготовка к вооруженной борьбе против советской власти.

В этой обстановке, когда бывшего члена ЦК Политбюро Троцкого склоняли на всех партийных собраниях как вредителя, облвоенком Сейткалий (в других официальных документах — Сейткали) Бейсембаев решил с тремя товарищами посетить Льва Троцкого в Алма-Ате, чтобы задать ему несколько политических вопросов (к ним еще вернусь). Полагаю, что им двигали чистые помыслы самому разобраться в том, что происходило в партии. Благо недалеко был, как считалось, инициатор несогласия с политикой Сталина. Троцкий считал, что Сталин уходил «от ленинизма». Может, так думал и Бейсембаев?

Судя по биографии, С. Бейсембаев не был наивным человеком. За его плечами были военная школа, командирские должности в Рабоче-крестьянской Красной Армии, а также начальника школы национального полка. И, наконец, в 1933 году его назначили областным военным комиссаром.

Семью Троцких поселили по прибытии в Алма-Ату в гостиницу «Жетысу».

История с Троцким в партийной жизни Бейсембаева всплывала время от времени, хотя он предупредил своих товарищей, чтобы они молчали, особенно про вопросы. Но как было скрыть то злополучное посещение врага Сталина, если днем и ночью сотрудники ГПУ следили за тем, чем занимался Лев Давидович. При очередной чистке партии Сейткалий вышел с историей с Троцким более или менее успешно, ограничившись признанием, избежать которого было невозможно, что посещение было ошибкой. Ему просто объявили выговор. Бейсембаев по-прежнему молчал, что был организатором поездки в Алма-Ату. Но фамилия Троцкого все равно возникала то в одном, то в другом случае, где Бейсембаев должен был выразить свое отношение к врагу принародно.

Вот что свидетельствует один из документов Государственного архива общественно-политической истории Туркестанской области: «По докладу Бейсембаева 10 сентября 1936 года на общем собрании военнослужащих, вольнонаемных и их семей о троцкистско-зиновьевской террористической контрреволюционной банде (открытый судебный процесс состоялся 19-24 августа 1936 года — авт.), кандидат в члены КП(б)Каз Останин выступил в защиту врага народа Троцкого. Бейсембаев не разоблачил Останина, тем самым с выступлением был согласен», чем обратил внимание тех, кто должен был в такой ситуации это сделать. Выяснилось, что Бейсембаев не проявил бдительности и в другом вопросе: он допустил к секретным документам сына крупного бая Шарипова, который продолжительное время работал в военкомате, все время Шарипова защищал.

Алма-Ата в тот год стремительно населялась: начали переезжать правительственные учреждения и чиновники.

Но были грехи у Бейсембаева пострашнее. «Вылезли» на белый свет те самые вопросы к врагу народа, о которых Сейткалий хотел забыть. Но ОРГАНЫ забыть не дали. Кто не сумел сохранить тайну, не удалось выяснить, хотя Елена Тимофеева, главный хранитель Государственного архива общественно-политической истории Туркестанской области, искренне хотела помочь найти подробности этой трагической истории. Но вопросы сохранились. Вот они:

1. Почему обвиняет Вас ЦК и в чем основные Ваши разногласия с ЦК партии и товарищем Сталиным?

2. Будет ли революция на Западе и в Афганистане, если революции не будет, может ли существовать СССР?

3. Военная сила буржуазных государств и их взаимоотношения.

4. Каково Ваше материальное положение, сколько в месяц отпускает денег правительство СССР?

5. Оценивают ли Ваш труд печатные органы, какие печатные органы Вам помогают?

6. Почему Зиновьев и Каменев на страницах газеты признали свои действия ошибкой, если у Вас они были одинаковыми, то почему же Вы не пишите заявление об этом в ЦК партии?

Алмаатинские сторонники Л. Троцкого.

Жаль, нет стенограммы ответов Троцкого, но при желании можно было найти в печатных изданиях: он много выступал не только в газетах, но и на различных собраниях.Бейсембаев и предположить, видимо, не мог, как Сталин впоследствии рассчитается с Троцким, а так бы призадумался: стоит ли отдавать жизнь за встречу с ним?

Проживание Льва Давидовича с семьей в Алма-Ате было недолгим. Его выслали за пределы СССР постановлением внесудебного Особого совещания при коллегии ОГПУ по статье 58-10 УК РСФСР, «выразившейся в нелегальной антисоветской партии, деятельность которой за последнее время направлена к провоцированию антисоветских выступлений и к подготовке вооруженной борьбы против советской власти».

В последние годы неугомонный Троцкий жил в Мексике. Здесь он и был убит ледорубом в августе 1940 года агентом НКВД Рамоном Меркадером, который так и не признался, кто его направил на подобное преступление. В 1960-е годы убийце было присвоено звание Героя Советского Союза.

Но вернемся к Сейткалию Бейсембаеву. Он был арестован органами УНКВД по Южно-Казахстанской области 8 июля 1937 года, приговорен к высшей мере наказания — расстрелу 19 февраля 1938 года.
25 июня 1957 года он был реабилитирован Военной коллегией Верховного суда СССР «за отсутствием состава преступления». И восстановлен в партии с 1923 года.

Решение об исключении С. Бейсембаева из партии.

Но это было потом. А после ареста Сейткалия сотрудники ОГПУ взялись за жену Бейсембаева — Алтынбаеву Галю (Галию) Ахметовну, члена Южно-Казахстанского областного суда.

Биография супруги была вполне пролетарская. Отец — мастер часовых дел, мама — прачка. В семье воспитывали семерых детей. Когда отец умер, старшему было 17 лет. Юноша устроился на работу, чтобы помогать маме поднимать на ноги младших детей. Галя тоже не задержалась в детстве: два года работала в прядильной мастерской, где проявила себя трудолюбивой, ответственной. Когда предприятие закрыли, девушке предложили работу в женсовете.

В ноябре 1926 года она вступила в ряды ВЛКСМ. И женотдел направил ее на работу в губернский суд г. Семипалатинска. Вскоре девушку рекомендовали на учебу в крайсовпартшколу в Кызыл-Орде. На практике Алтынбаева работала заведующей красной юртой.

Личная карточка С. Бейсембаева.

С 1931 года Г. Алтынбаева — член ВКП(б). После окончания партшколы была направлена на работу в Алма-Атинский окружком ВКП(б).

В ее биографии есть работа в качестве члена Верховного суда КАССР.

В Чимкенте жила с 1933 года. В 1934-м поступила учиться в ВКСХШ, но через год по состоянию здоровья оставила учебу. С 20 февраля 1937 года работала членом Южно-Казахстанского областного суда.

После ареста мужа Галя Ахметовна должна была сначала ответить перед партийцами, а потом и перед сотрудниками ОГПУ за все, в чем обвиняли С. Бейсембаева. Но отвечала она одно: «Не знаю, не догадывалась».

В учетном отделе горкома КП(б) Казахской первичной парторганизации облсуда и прокуратуры комиссии партконтроля хранится документ, как обсуждалось на партийном собрании 4 июля 1937 года, через шесть дней после ареста С. Бейсембаева, исключение Гали Ахметовны из рядов КП(б) Каз, члена КП(б) Каз с 1931 года, партбилет №1560180.

Вопрос: «Вы знали о контрреволюционной деятельности Бейсембаева?»

Ответ: «Нет, не знала, даже не замечала».

Вопрос: «Почему Вы долгое время не становились на учет в парторганизации со дня определения Вас на работу в облсуде?»

Ответ: «Болела, потому и не могла стать на учет».

Вопрос: «Во время перевыборов в парторганизации почему Вы не сказали о прошлом троцкистском поведении Бейсембаева?»

Ответ: «Я в этом виновата, думала, что обмен прошел и положение парторганизации известно».

Вот как отреагировали на ответы Алтынбаевой члены партии. Товарищ Камшин посчитал выступление Алтынбаевой «невыдержанным». Она защищает мужа еще и потому, что тот был батраком. Такое действие со стороны Алтынбаевой «непартийное».

Другой выступающий товарищ Хусайнов обвинил Алтынбаеву, что «она долго не поступала на работу, так как искала, где больше зарплата. Ни разу не разоблачила мужа-троцкиста на собрании, поэтому ей нет места в рядах партии».

Его поддержал товарищ Акдавлетов: «Бейсембаев всегда имел связь с Троцким, а жена об этом никому не сообщила».

И остальные выступающие на собрании клеймили женщину позором. Собрание постановило: Г. Алтынбаеву из партии исключить. Но Галя Ахметовна считала, что она не заслуживает исключения из рядов партии, поэтому обратилась в вышестоящие партийные органы, чтобы они разобрались с ее ситуацией. Это было бессмысленным делом, тем не менее в апелляции она написала: «Находясь с 1931 года членом КП(б)К, не имею до исключения никаких замечаний, старалась честно оправдать звание и освоить основы большевизма. Прошу разобрать мою апелляцию и оставить в рядах партии Ленина-Сталина, еще больше буду бороться с классовыми врагами в деле построения бесклассового социалистического общества. 15 июля 1937 года».

Г. Алтынбаева была осуждена на восемь лет ИТЛ как член семьи изменника Родины 21 июля 1938 года Особым совещанием при НКВД СССР. Как свидетельствует архивный документ, она прибыла в Акмолинское ЛО из чимкентской тюрьмы. Освобождена из Карлага 11 ноября 1945 года. Но вот реабилитирована ли Г. Алтынбаева, пока не удалось выяснить, несмотря на обращение к «Книге памяти «Узницы АЛЖИРА», а также к «Книге скорби», выпущенной в 1998 году по итогам реабилитации жертв политических репрессий в Южно-Казахстанской области. В этой книге списки тех, кто был арестован и осужден в 1930-1950 годах, а затем реабилитирован.

Может, Указ Президента РК К. Токаева «О создании Государственной комиссии по полной реабилитации жертв политических репрессий» от 24 ноября 2020 года, по которому работают архивисты, историки, краеведы, журналисты вот уже третий год, помогут найти следы жены расстрелянного С. Бейсембаева после ее освобождения из мест заключения.

«Избежать наказания никому из жен осужденных мужей, судя по многочисленным документам, не удалось, — сказала Е. Тимофеева. — На память приходит имя Марии Ивановны Грушицыной, директора чимкентской школы имени Клокова. Ее исключили из партии, за «сокрытие от парторганизации своего соцпроисхождения — дочь крупного кулака». Она еще и не донесла на своего мужа, разоблаченного как врага народа. Назову другое имя — Макфуза Шакировна Мусина, служащая, член партии с 1930 года, тоже исключена из партии «за сокрытие контрреволюционной деятельности своего мужа, разоблаченного как национал-фашиста и его защиту».

Женщины получали сроки по злополучной 58-й статье. Сейчас, к счастью, тема реабилитации всплыла опять. Пересмотрены сотни персональных дел коммунистов, в которых все та же формулировка «за сокрытие…». Но она дает основание для более полного изучения: были ли эти люди реабилитированы или нет? Государственная комиссия на основании собранных материалов принимает решение.

 

 

Людмила Ковалева

 

В нашем Telegram-канале  много интересного, важные и новые события. Наш Instagram. Подписывайтесь!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *